bp000002724

ныхъ задачъ алгебраическаго характера, какими изобилуете задачникъ Гольденберга? Обязательно ли заучиваніе опредѣле- ній ариѳметическихъ дѣйствій и грамматичес.кихъ терминовъ? Какъ наилучшимъ образомъ организовать заиятія съ тремя группами? Какъ поступать съ слабоуспѣвающими новичками въ школѣ? Какъ установить дисциплину, чтобы избѣжать наіса- заній? Можно-ли оставлять учениковъ на 3 года въ одной и той же группѣ? Можно-ли не с.тѣспять дѣтей дисциплиной во время уроковъ, иапр. позволять сходить съ мѣстъ, свободно спрашивать учителя и т. п.? При какихъ условіяхъ можно увольнять учащихся изъ школы за дурное поведеніе? Какая цѣль письма полууставом!,? При какомъ количествѣ неуспѣваю- щихъ въ групгіѣ можно идти впередъ? Были предложены во­ просы о чтспіи въ піколѣ псалтири, о лучшей постановкѣ объяснителыіаго чтенія и мп. др. Не выступая активно съ своими вопросами, присутство- вавшіе на собраніяхъ принимали живое участіе въ обсуж- деніи тѣхъ вопросовъ и пупктовъ, какіе предлагались на­ блюдателями. «Собранія, пишете напр. Меленковскій уѣзд- ный наблюдатель, носили оживленный характеръ. Не было среди учительской корпораціи члена, который отнесся безуча­ стно къ ходу засѣдаиія и не выдвинулъ изъ своей практики того или другого занимавшего его вопроса или своего мнѣнія. Видно было, что присутствуют, не мехапическіе двигатели грамоты, а живые и энергичные сѣятели чистыхъ сѣмянъ про- свѣщенія, одушевленные высоко гуманной идеей не только послужить въ мѣру своихъ силъ мсньшимъ братіямъ, но и сдѣлать плодотворпымъ свое служеніе». «Особенно участливое, пишете Ковровскій уѣздиый наблюдатель, отношепіе къ вопро- самъ собранія проявили учительницы, нрослужившія 10 и болѣе -П'Ьтъ: пользуясь правомъ свободпаго обыѣна мыслей па собра­ нии, онѣ охотно дѣлились своими выработанными продоллш- тельной практикой взглядами и вызывали на разсуждепія дру- гихъ».