bp000002041

78 Вотъ почему и въ законодательствѣ Византійскаго царя Юстиніана предписывается въ нѣкоторыхъ случаяхъ подводить подъ присягу христіанъ. Въ Слав. Кормчей мы находимъ слѣду­ ющее знаменательное руководственное предписаніе его: «Повелѣваемъ, елижды аще потреба будетъ епископа поставити, причетникомъ и первымъ града того въ трехъ лицѣхъ избраніе и судъ сотворити. предлежащу с в я т о м у Е в а н ге л ію , к л е н у т с я въ б ѣ д у с во и хъ д уш ъ , яко не данія ради, ни обѣщанія дара, и яже по сихъ, но вѣдяще ихъ правыя и соборныя вѣры сущя, и чистыжитіемъ, и грамоту добрѣ вѣдящихъ, сихъ избранія»'). Что это, какъ не публичная клятва, по требованію власти, или присяга, подъ которою даются увѣренія, что три кандидата на епископство избраны не по матеріальнымъ разсчетамъ, а един­ ственно по добрымъ нравственнымъ качествамъ избранныхъ? На какомъ основаніи требованіе публичной клятвы въ данномъ случаѣ вошло въ составъ законодательства древнѣйшей христіанской Гре­ ческой церкви и содѣлалось достояніемъ законодательства нашей Русской церкви, если клятва былазапрещена Христомъ1? Удовле­ творительный отвѣтъ на эти вопросы возможенъ только при той мысли, что клятва въ важныхъ случаяхъ не была воспрещена Христомъ. Подъ такою же клятвою «мниси ней разумнѣйшій» избирали тогда себѣ архимандрита или игумена, и монахини избирали лицо, «могущее хранити уставъ мнишескій и монастырское строеніе» 2). 1) Отъ свитка новыхъ заповѣдей Іустиніана царя, гл. 42; ст. 28 л. 318. 2) Іамъ же 44 гл. 13 з. «Яко епископъ игумена или архимандрита коегождо монастыря, не веема по степени и его старѣйшинству да постав­ ляетъ; но его же мниси вси разумнѣйшій изберутъ, и святымъ еванге­ ліемъ заклинающеся и глаголюще, яко нс любве дѣля, или иныя коея любо вещи избраны, но вѣдяще его правовѣрна и цѣломудрена, и прав­ ленія достойна» и т. д.