bp000001965

719 нами квартирнымъ ученикамъ, особенно нуждавшимся въ концѣ учебныхъ третей года. Но какъ черный хлѣбъ съ приправой соли и кваса составлялъ нелакомую пищу; то иные изъ насъ прибѣгали къ нѣкотораго рода дополненіямъ, соотвѣтственно своимъ средствамъ. Утромъ въ бурсу яв­ лялись сбитенщики съ калачами и молочницы, предлагая за 3 коп. два стакана сбитня и калачъ, а молоко за 1 1/2 к. полуштовъ. Многіе изъ насъ довольствовались болѣе деше­ вымъ способомъ въ разнообразіи пропитанія, именно: одни варили въ собственныхъ чугунчикахъ картофель, другіе —цикорный кофей, который пили съ молокомъ. Чай упот­ реблялся въ рѣдкихъ случаяхъ; для приготовленія его имѣлся единственный самоварчикъ у одного бурсака. Одежда намъ давалась такая: ва лѣто—сѣрый нан­ ковый сюртучекъ съ трековыми брюками и жилетомъ, на зиму—овчинный тулупъ, крытый той же сѣрой нанкой. Одежда эта возобновлялась по истеченіи каждаго года,— зимняя шла въ передѣлку, а лѣтняя оставалась собствен­ ностію владѣльца. Окончившимъ курсъ годичная одежда отдавалась въ ихъ собственность. Овчины для тулуповъ ставились какія-то ордынскія, съ грубой и жесткой шерстью, чрезъ мѣру пропитанныя дубильной кислотой. Появленіе бурсаковъ въ новыхъ тулупахъ въ классахъ, или въ церкви, наполняло воздухъ непріятнымъ запахомъ. По этому по­ воду бурсаки отъ своихъ даже сотоварищей (квартирныхъ)- получили нелестное прозвище—«кислая шерсть». Впрочемъ у нѣкоторыхъ, болѣе состоятельныхъ, питомцевъ, имѣлась своя дополнительная одежда лучшаго достоинства, которою при случаѣ пользовались и товарищи ихъ, не обращая особеннаго вниманія на различіе роста и дородства. Съ 1853 г., при ректорѣ семинаріи архимандритѣ Платонѣ*), введена была для питомцевъ бурсы суконная лѣтняя пара на капиталъ изъ сбереженій, которыя какими-то судьбами * ) В ъ п о с л ѣ д с т в іи А р х і е п и с к о п ъ К о с т р о м с к о й Д .