bp000001965

512 Но я скажу вамъ, возлюбленные братчики, другую горькую правду: нѣтъ на бѣломъ свѣтѣ народа, который такъ любилъ бы бранныя, срамныя слова, какъ русскій народъ, именующій себя православнымъ въ той вѣрѣ, которой первый главный «плодъ духовный—любовь». Эти слова для русскаго народа какъ будто своего рода стихія, безъ которой онъ ложки щей не проглотитъ, топора не возьметъ въ руки. Правда, у него есть похвальный обычай, унаслѣдованный имъ отъ благочестивыхъ его предковъ: прежде, чѣмъ положить въ ротъ кусокъ хлѣба или примяться за работу,— перекреститься; и онъ перекрестится, но тотъ- часъ же изъ устъ его сыплется такое сквернословіе, о кото­ ромъ «срамно есть и глаголати». Нужно ли прибавлять ко всему сказанному мною о срамныхъ ругательствахъ, что и женская половина рус­ скаго народа далеко не чуждается ихъ, и притомъ чаще всего среди ругательствъ этой половины слышатся такія слова, которыя касаются перваго украшенія дѣвицы, матери, жены и вообще женщины, именно— ихъ цѣломудрія души и тѣла. Могутъ ли подобныя бранныя или срамныя слова не имѣть самаго тлетворнаго вліянія на чистоту и нѣжность сердца тѣхъ, которыхъ одно изъ самыхъ главныхъ назна­ ченій именно поддерживать среди людей эти неоцѣнимыя качества души? Страшно сказать, но едва ли мы не должны признать, что срамныя слова, исходящія изъ устъ женщины, облегчаютъ пути къ разврату, къ нарушенію цѣломудрія, супружеской вѣрности, и къ ослабленію семейныхъ узъ. Не забудемъ: слово рождаетъ мысль, а мысль и самое дѣло. Но развратъ, обезцѣненіе цѣломудрія и супружеской вѣр­ ности— пе мелочи ли житейскія? Это—то, съ чего начи­ налось разложеніе народовъ, а за нимъ — и паденіе царствъ.