bp000001707

355 восиитанія, научнвшаго сго жить не всѣми сторопамп и си- ламидушевными, а толькоодноіі какой-нибудь, наиримѣръ, го ловной и умственной, когда нрп этомъ сердечная п практи ческая сторона остается у него вь забытьи и заброшениости. Отъ чего бы, впрочемъ, ни происходпло такое умствен- ное состояніе н наиравлеиіе, какъ у Аѳпияиъ въ аиостоль- скіл времена, —зто состояніе въ высшей степеии иеблаго- ирінтно для иасажденія и распространеііія нстниныхъ н здравыхъ иоиятГй преимущественно въ религіозно нравствен- иой области Дѣтской иростоты и вѣры и доброй вос- иріемлемостп уыа для сверхъ - оиытныхъ н небесныхъ истинъ релпгіи нельзя искать въ людяхъ съ такимъ на иравлеиіемъ- въ нихъ нанротнвъ всегда прпмѣчается иаклонность къ невѣрію, насмѣшливое п презрительное отношепіе ко всему духовному, п нри этомъ масса самомпителыюсти и киченіи своимииозиапіями ири дѣйст- вительной незрѣлости п даже умственномъ убожествѣ. Если еще нри этомъ и сердце бываетъ засореио у такнхъ ліодей разными грѣховнымп иристрастінми п иохотями,—то они поистннѣ нредставлнютъ изъ себя самую камеиистую н поэтому самую неблагодариую почву для проновѣдниковъ и сѣнтелей слова Ьожія. Это и доказали своимъ иримѣромъ Аѳиннпе съ своею измельчавіпею и иоверхностною учеиостію, то подвергавшіе сомнѣііпо и отрицателыіой критикѣ всѣ умственныя пріобрѣтеиія временъ нредшеотвующпхъ, то— оставн всякую философію—утонавппе въ чувствениыхъ удо- вольствіяхъ и въ самомъ утонченномъ развратѣ, то—пре- даваясь оамому мрачному отчаянію—отвергавшіе вснкій емыслъ и цѣль самой жизни человѣческой и ироцовЬдовав- шіе одио только безстрастное и туиое тернѣніе ц даже