bp000001707

354 Чѣмъ объяснить столь слабое вліяпіе иа ученую Аѳіш- скую среду вдохионеіпіой аностольской проповѣди, покоряв • шей Хрнсту цѣлые города и веси? Среди многихъ другихъ нричинъ, таже священная киига «Дѣяній Аностольскихъ» открываетъ намъ одпу слѣдуюіцую: Аѳипяпе же всіь и живущіе у нгьхъ иностринцы ни въ чемъ охотнѣе не проводили время. какъ въ томъ , чгпобы говорить или слушать чпго нибудь повое (ХѴІІ> 21). Этнмн словами обозначается нѣноторое мелкое н ііоверхностпое нанравленіе умовъ, жаждущее не умственнаго труда, а только умствен- ныхъ развлеченій и пріятныхъ раздраженій любонытства одною только новнзною рѣчей, оригииальностыо и сиѣ^остью сужденій,—наиравлепіе пе умѣющее и ие любящее углуб- ляться въ шногообъемлющую сущность вещей и ие при- выкшее слушать истииу, откуда бы она іш шла н что бы ии говорила, хотя бы нѣчто горькое п соиершено несо- гласное съ облюбленными мнѣніямп, нажитымп вкусами п укореііившимися нристрастіями. Такое жалкое направлепіе, сонершенно не соотвѣтствующее характеру истшшой, т. е. глубокой и многообъемлющей образованностп, можетъ обра- зоваться отъ двухъ противоноложпыхъ ііричішъ: либо отъ иедостаточности, отрывочности и вообще скудости познаній у человѣка, неуснѣвшаго занастись ими въ благонріятную н юпуюиору своего предварительнагб обучеиія и воспита- ііія• лнбо наоборотъ—отъ умственнаго, такъ сказать, нре- сыщенія, когда человѣкъ бываетъ иодавленъ массою разно- родпыхъ знаиій, лыощихсн отовсюду въ его голову, но ко- торыхъ онъ иадлежащимъ образомъ нереварить п усвоить не можетъ—илн ио природпому безсплію своего ума, или ОІінть—вслѣдствіе неблагоустроенностп его предварителыіаго