bp000001704

жертву животное было безъ порока (Лев. XXII, 2 0— 22): то тѣмъ болѣе это нужно сказать о матеріалѣ, который возжигается теперь предъ чистѣйшей и совершеннѣйшей жертвой. Въ немъ все должно быть къ тому направлено, чтобы онъ возможно больше могъ служить выраженіемъ того кнутрепняго состоянія, въ какомъ мы должны приносить себя въ жертву Богу. Что воскъ есть предметъ по преиму­ ществу соотвѣтствующій указаннымъ цѣлямъ,—на то одннъ изъ церковныхъ писателей первой половины XV с/голѣтія, именно Симеонъ Еішекопъ Солунскій, выставляетъ слѣдую- щія причины. Воскъ, говорить онъ, какъ вещество самое чистое, означаешь чистоту нашу и искренность прпноше- нія; воскъ какъ вещество, на которомъ можно отнечатлѣ- вать предметы, означаетъ печать или знаменіе креста, кото­ рое возлагается на насъ при крещеніп и ыѵропомазаніи; воскъ, какъ вещество мягкое и удобосгибаемое, означаешь наше послушаніе н готовность покаяться въ нашей грѣхов- ной жизни; воскъ собираемый съ цвѣтовъ благоухапныхъ означаетъ благодать св. Духа; воскъ, составляемый изъ множества цвѣтовъ, означаетъ нрнношеніе, дѣлаемое всѣми христіанами; воскъ, какъ вещество сжигаемое, означаетъ наше обоженіе (т. е. естество наше очищаемое—божествен- нымъогнемъ); и, наконецъ, воскъ, въ которомъ горишь огонь или этотъ самый свѣтъ постоянно горящій, означаетъ со- единеніе и крѣность взаимной нашей любви и мира (*). Взглядъ этотъ, принадлежаіцій писателю XY столѣтія, никакь не могъ быть только его личпымъ взглядомъ: онъ былъ въ этомъ случаѣ только выраженіемъ вселен­ ского предаиія. Яснымъ доказательствомъ тому служить церковная практика. Апостольскія правила, какъ и з в е с т ­ н о , служили и слушать выраженіемь аиостольскаго (*) Книга о церкв. гл. 134. См. «Новая Скрижаль» стр. 40.