bp000001704

ную палату, увѣряя самымъ наглымъ образомъ, что товаръ, взя­ тый у него, не принадлежитъ ему, а его женѣ Матренѣ Драгу- новой, въ чемъ желаетъ засвидѣтельствовать присягою предъ Св. Крестомъ и Евангеліемъ. Присяга эта, быть можетъ и принята уже ЕпиФаномъ, чѣмъ вторично попирается не только долгъ ие- тиннаго христіанина, не говорю священника, учителя правды и истины, но каждаго честнаго человѣка. И кѣмъ же все это со­ вершается? Совершается преступденіе гласное и громко вопіюіцее о своемъ беззаконіи, совершается не простымъ человѣкомъ, міря- ншюмъ, но свяіценникомъ древлеправославной церкви нашей. И такой чедовѣкъ, такъ безсовѣстно и лживо поступающій въ своей жизни, дерзаетъ доселѣ священнодѣйствовать и совершать святая во святомъ храмѣ! 2) Бывшій города Гжатска, Смоленской губерніи, а нынѣ свя- іценнодѣйствующій въ Москвѣ, священникъ Алексѣй Ивановъ Журавлевъ, такяіе объятый духомъ корыстолюбія, подобно Епи- Фану, производитъ торговлю дровами и пр. лѣснымъ матеріаломъ, участвуя на своей пристани самолично. Кромѣ этого онъ содер- яштъ у себя непозволительную типограФІю для печатанія книгъ, за что единожды былъ уже привлеченъ къ законной отвѣтствен- ности предъ судомъ. Кромѣ этого, по .этому дѣду онъ состоялъ долженъ своему товарищу и въ уплатѣ долга выдалъ ему доку- ментъ, который потомъ, но неплатежу, былъ онротестованъ. Что же дѣлаетъ Журавлевъ, не желая платить своего долга? Онъ яа- являетъ нотаріусу, что документъ выданъ имъ ложно, что онъ никогда не состоялъ никому долженъ, равно и теперь. Развѣ это не преступденіе противъ долга и чести каждаго порядочнаго человѣка, тѣмъ бодѣе священника? Гдѣ же совѣсть? Гдѣ правда и истина? Нѣтъ ея: она сожягена и сожжена публично. Нѣтъ! по­ зволяю себѣ сказать, что такіе люди недостойны званія священ­ ника. Отъ подобныхъ дѣльцовъ доляіенъ отвратиться всякій цраво- вѣрующій. Затѣмъ, что можно ояшдать отъ подобныхъ дѣдьцовъ хоро- шаго? Если они, нося на себѣ священное званіе, нредстанутъ предъ судомъ въ качествѣ подсудимыхъ, они опозорятъ нашу св. древлеправосдавную каѳолическую церковь. Это будетъ великій срамъ и ноііошеніе во языцѣхъ! Они не священники, а ирестуи-