bp000001704

евѣчедѣлатели и свѣчеторговцы особенно много отнимаютъ у церкви Божіей. Производя свѣчи свои будтобы изъ настоя­ щего воска и нродавая ихъ также ноудешевленной нѣсколько цѣнѣ, они завлекаютъ простого человѣка къ себѣвъ лавку такими словами: „что же? вѣдьу насъ и подешевле . . , а главное у насъ свѣча чище. Тамъ вѣдь (т. е. въ епар- хіальномъ свѣчномъ заводѣ) кто дѣлаетъ свѣчу? Тамъ вѣдь табашники! Посучитъ— посучитъ, да давай курить, а то пожалуй и пѣсню негодную затянешь; а у насъ этого нѣшь, потому мы сами имѣемъ наблюденіе за этимъ дѣломъ. А вѣдь она (свѣча то)— Богуа !... Такой аргументъ, прини­ маемый простымъ человѣкомъ на вѣру, имѣетъ для нослѣд- няго полную свою силу. Говоримъ это въ виду того, ка- кимъ уваженіемъ пользуется восковая свѣча у нашего простонародья. Извѣстно, что простая деревенская баба, когда пойдетъ въ праздникъ въ храмъ Божій, то несешь туда изъ своего дома свѣчку на канунъ не голою рукою, а завернувши ее въ чистый илаточекъ; также дѣлаюгъ и й н и и х ъ съ невѣстой при совершеніи надъ ними Таинства брака; а молодая замужняя женщина, когда нужно въ домѣ передъ иконами затеплить восковую свѣчу, никогда не сдѣлаетъ это сама, своею рукою, а велишь это сдѣлать или старушкѣ—своей матушкѣ, или невинной дѣвочкѣ— своей дочери или золовкѣ. И вотъ въ увѣренности, что „тамъ табашники дѣлаютъ свѣчуи, простой человѣкъ,— благо хоть немного подешевле,—и берешь въ лавкѣ у уѣзд- паго лавочника фуитикъ— другой воековыхъ свѣчъ и из- и ',нтъ ихъ понемногу, нося и въ храиъ Божій, и дома л ебя зажигая въ болыіііе праздники. Или:возиешь онъ •іыне. фунтиковъ пять— шесть, „на всю деревшоа и