bp000001627

318 С Л О В О при погребеніи. сказаеное въ Каѳеіральномъ Соборѣ за- коноучителемъ В. гимназін о. М. Херасковымъ. Воставше всн соберитеся^ и сѣдіие слоьо услышите: страшное , братіе, суаигце, пдѣже имамъг вси преостати. Нѣсть тамо рабь, ниже свободенъ; ниже ёсть тамо малый, ниже великій, но вси назп предстанемъ. (Чинъ погреб. свяіц.). Мысль о томъ, что надо всѣмъ намъ умереть, что ждетъ насъ на томъ свѣтѣ страшное оудище, гдѣ не дѣлаютъ ни малѣйшаго различія между малымъ и великимъ человѣкомъ, между святителемъ и самымъ послѣднимъ клирикомъ, между свободнымъ и рабомъ, но прннимаютъ во вниманіе единствен- но нравственпое достоинство или недостоинство судимыкъ человѣковъ.—Эта мысль, обыкновенно, какъ искра, чуть тлѣющая въ глубинѣ нашей совѣсти, треиещущей суда и смерти, всиыхиваетъ невольно съ особенною яркостію при чьей нибудь новой "смерти. Вотъ еіце и еще новая жертва смерти, неволыю нромелькнетъ въ глубинѣ души- вотъ такъ же придеть когда нибудь очередь и до меня,—нодскажетъ естественное чувс/гво самосохраненія! Но нри самомъ зрѣлищѣ смерти, и возлѣ непохороненнаго еще гроба, это чувство самоопасливости н страха за себя и за свою личную загроб- ную судьбу, какъ-то само собою устунаетъ мѣсто и под- чиняется другому чувству соболѣзнованія и озабоченности о чужой судьбѣ и о загробной участи ночившаго, только что изъятаго изъ среды иасъ живуіцихъ и еще вчерашній день бесѣдовавшаго съ нами, и такъ же, какъ и мы, ощу-