bp000001627

304 намъ восхвалять твои подвиги и совершенства, но нашъ долгъ обязываетъ насъ сказать о тебѣ нелицемѣрное слово, а наша привязанность и любовь къ тебѣ побуждаютъ насъ привѣтствовать тебя въ послѣдній разъ. Что же нзречемъ мы тебѣ, почившій архипастырь иашъ, послѣднее иредстоя тебѣ въ церкви твоей и готовясь из- пести тѣлесные останки твои на мѣсто иокоя вѣчнаго? Нерѣдко приходится слышать, что людй кабинета, люди монашескаго званія суть лица, отчуждившіеся отъ міра и всѣхъ его волненій, лица не могущія по самому сану сво- ему изучить житейокую мудрость, которая не уловляется умомъ, а познается лишь опытомъ, и потому таковые люди чѣмъ глубже посвящаютъ себя интересамъ своего званія, тѣмъ менѣе становятся восйріимчивыми къ обстоятельствамъ жизнп,— тѣмъ болѣе становятся строгими и нодоступными для чувства. Но много ли найдется такихъ, которые столько же были бы людьми кабинета, какъ іюкойиый, почившій дорогой архипастырь нашъ, и много ли такихъ, которыхъ вся жизнь на столько же была бы проникнута горячею, само- отверженною любовью къ другимъ и особенпо приснымъ по вѣрѣ и паствѣ?! «В ольш и сея любве никто же пматъ, говоритъ Спаситель, да кшо дугау соою положить м д р у м своя'». А вся жизнь почившаго архипастыря была жизнью для другихъ. Кто не знаетъ, какую, наиримѣръ, рѣдкую добродѣтель въ высокомъ лицѣ твоемъ составляла пѣжпая любовь твоя къ невиннымъ дѣтямъ, обрадовйь и осчаст- ливить коихъ было иаслажденіемъ твоего сердца! Какъ до- стославпа также твоя заботливость о ііріисканіи и пріум-