bp000001627

184 порученъ быдъ ближайшій и строгій надзоръ надъ узни- же расположеніе у фаворитовъ Государя—князей Долгорукихъ, какимъ пользовался и у Меныпикова. Намѣреваясь возстановить въ Россіи патріаршество, Долгорукіе готовили этотъ постъ Георгію и едва не исполнили своего намѣренія. Но смерть молодаго Императора разру- шила всѣ эти планы. Одни изъ Долгорукихъ погибли на эшафотѣ, другіе были сосланы въ далекую ссылку. Съ удаленіемъ Долгорукихъ кончились и для Георгія счастливые дни. Ихъ мѣсто заняли друзья Прокоповича: Остерманъ и князь Черкасскій, а самъ Ѳеофанъ сдѣ- лался однимъ изъ приближеннѣйшихъ лицъ къ Государынѣ Аннѣ Іоанновнѣ. Сдѣлавшись вмѣстѣ съ тѣмъ и полновластнымъ лицомъ въ Синодѣ, Прокоповичъ не могъ забыть гордаго вице-президента, «поднимавшаго предъ нимъ роги по злому обычаю гордости своей» и искалъ случая погубить его. Случай скоро представился. Воронеж- скій вице-губернаторъ донесъ Синоду, что Левъ, епископъ Воронеж- скій, не служилъ молебна о восшествіи на престолъ Императрицы Анны Іоанновны (молебенъ и присма отложены были еписк. Львомъ по причинѣ неполученія синодальнаго указа). При докладѣ вице-гу- бернаторскаго доноса, въ присутствіи синода были только: Ростов- скій архіепископъ Георгій Дашковъ, Коломенскій митрополитъ Игнатій Смола, оберъ-прокуроръ Васкаковъ и оберъ-секретарь Тишинъ. Всѣ рѣшили: «такъ какъ вице-губернаторъ и епископъ издавна ссорятся и дѣлаютъ другъ на друга доносы, то подождать другихъ извѣстій о поступкѣ Льва». Но другихъ извѣстій не было и дѣло на этомъ оста- новилось. Но вотъ Прокоповичъ, почти черезъ четыре мѣсяца, узналъ о доносѣ и поднялъ дѣло. Е іі . Левъ былъ взятъ въ Москву, преданъ суду, лишенъ сана, наказанъ кнутомъ и сосланъ въ монастырь на заточеніе; члены синода: Георгій и Игнатій были также иреданы суду и лишены сана за то, что не нроизвели тотчасъ же слѣдствія надъ еписк. Львомъ.—По этому то дѣлу и пришлосъ Георгію сидѣть въ качествѣ узника въ Спасокаменномъ монастырѣ. Впрочемъ, хитрый Ѳеофанъ умѣлъ найти и другія обвиненія противъ Георгія, въ родѣ растраты монастырскихъ имуіцествъ, жестокаго обращенія съ мона- хами и священниками и это рѣніило участь Георгія.