bp000001626

подлѣ друга. Но тѣмъ не менѣе душа и тѣло такъ дѣЙ- ствуютъ другъ на друга, такъ связаны между собою въ одно цѣлое, что пока существуетъ эта связь, дѣйствія одной части условливаются содѣйствіемъ другой. Слѣдо- вательно соединеніе души и тѣла, составляющее природу человѣка, есть самое внутреннее, какое только можно себѣ представить. Если же такъ, то можетъ ли быть, чтобы религіозное убѣжденіе души не проявлялось и во внѣ? Возможно ли въ виду такой связи, чтобы богопо- чтеніе ограничивалось только одною духовною стороною, не принимая извѣстныхъ внѣшнихъ Формъ? Кромѣ того, человѣкъ есть общественное существо , у котораго су­ ществуетъ потребность сообщать другимъ то, что проис­ ходите внутри его. Мы не только можемъ сообщать о себѣ другимъ, но и побуждаемся къ этому самою при­ родою. Всѣ человѣческія связи основываются па этомъ естественномъ побужденіи къ сношенію съ другими. Неужели же только одна религія человѣка должна быть исключена изъ этой необходимости въ сообщеніи съ другими? Это невозможно. Поэтому у всѣхъ даже самыхъ грубыхъ народовъ мы находимъ внѣшнее богопочтеніе. Укажите хоть одинъ народъ въ древности, который бы не приносилъ жертвъ. Гдѣ и когда былъ народъ, кото­ рый не собирался бы для общихъ молитвъ въ храмахъ или рощахь? Египтяне, Финикіяие, персы, греки, рим­ ляне и другіе—всѣ они имѣли у себя жрецовъ, обязан- ностію которыхъ было совершеніе внѣшняго богослуже- нія. Но зачѣмъ намъ обращаться къ сѣдой древности, чтобы найти доказательство тому, что всѣ народы имѣютъ внѣшнее богопочтеніе! Достаточно обратиться къ описа- иіямъ путешествій современныхъ намъ ученыхъ и миссіо- иеровъ. Въ какія бы дикія страны они ни приходили, 46*