bp000001626

всего предыдущего точно также, какъ утвержденіе одной противоположности вытекаетъ изъ отрицанія другой. Умѣренный, посильный трудъ составляетъ необходимое условіе благополучной, или счастливой жизни. Но въ ви­ ду того, что сказалъ Екклезіаетъ въ началѣ 2-й главы о своихъ предпріятіяхъ и трудахъ, направленныхъ къ до- стиженію блага жизни, естественно возникаетъ вопросъ: какой же трудъ не суетенъ, но приводитъ къ благу? Отвѣтомъ на этотъ вопросъ начинается вторая часть кни­ ги. Въ этой части тонъ рѣчи изменяется: изъ тоскливаго, почти отчаяннаго, переходитъ въ болѣе спокойный. Мысль о суетности человѣческихъ стремленій и трудовъ не воз- буждаетъ уже въ Екклезіастѣ чувства огорченія и доса­ ды, но спокойное, свойственное Философствующему мудре­ цу, презрѣніе къ богатству, величію и славѣ. Съ рѣшительностію онъ высказываетъ свое знаменитое слово: «на все—время, и всякой вещи подъ небомъ своя пора», раскрывая его далѣе въ разныхъ противоположе- ніяхъ: «время раждаться и время умирать, время насаж­ дать и время вырывать насаженное» и т. пд. (111, 1 - 9 ) , и въ этомъ неизмѣнномъ законѣ времени находитъ раз­ гадку, какой трудъ человѣка не суетенъ, но приводитъ къ благу. Если всему прилично свое время, то время, зна- читъ, оказываетъ рѣшительное вліяніе на благоуспѣшиость трудовъ человѣка и, зиачитъ, вѣрный успѣхъ отъ труда бываетъ тогда, когда онъ производится «въ свое время», или благовременно; въ противномъ случаѣ онъ прино- ситъ только заботы и мученія (111, 9—10). Богъ сдѣлалъ все прекраснымъ въ свое время, и дѣйствія Божіи пребываютъ неизмѣнными: къ тому, что Богъ дѣлаетъ, ни прибавить, ни убавить нечего. Слѣд. человѣку, чтобы знать, какой трудъ не суетенъ, нужно только узнать, что въ извѣстное вре­