bp000001626

личныя человѣку мірскому, неприличны повидимому въ устахъ писателя, котораго іудейская и христіанская древ­ ность единодушно признаетъ Богодухновеннымъ. Но въ томъ-то и ошибка экзегетовъ, соблазняющихся этими мѣ- стами, что они разсматривали ихъ совершенно отдѣльно: такой способъ толкованія самый произвольный и нена­ дежный. Любую мысль любаго писателя можно объяснять такъ и иначе, если выхватить ее изъ связи рѣчи. Но если взглянуть на дѣло иначе, разсматривать мысль Екклезіа- ста о наслажденіи земными благами въ связи съ другими мыслями и съ общимъ воззрѣніемъ книги, какъ и долж­ но,—малѣйшая тѣиь подозрѣнія въ эпикуреизмѣ исчезаетъ. Какъ могъ Екклезіастъ совѣтовать нечистыя чувствениыя наслажденія и тѣмъ болѣе полагать въ нихъ цѣль жизни, Другой способъ для ус тран ен ія указанной мнимо-соблаз­ нительной мысли Еккл е з іа ста , нерѣдко уиотребляющійся и нынѣ, находимъ у бл. Іеронима. Онъ д ума етъ , что н а ­ слаждаться пищей и питьемъ Екклезіастъ совѣтуетъ не отъ себя, а отъ лица извѣстныхъ скептиковъ: Эпикура, Аристиппа и Кирин ейц евъ (Comm , in IX , 7, 8: et ha e c , inquit, aliqui loquatur Ep icuru s et Aristippus et Cyr ena ic i). Но и этотъ способъ оказывается столь же несостоятельнымъ, каігь и первый. Если э т о— рѣчи скептиковъ, то писатель приводитъ ихъ конечно для того, чтобы потомъ опроверг­ нуть какъ ложная. Но изъ книги не видно этого. Напро- тивъ писатель высказываетъ мнимо-соблазнитедьныя мыс­ ли съ большимъ сочувствіемъ , какъ мысли самыя справед- ливыя, въ истинности которыхъ онъ убѣдился рядомъ горь- кихъ собственныхъ опытовъ и наблюденій надъ жизнію человѣческою. Мысль о наслажденіи земными благами Екклезіастъ 7 ра зъ повторяетъ въ своемъ не обширномъ ироизведеніи и каждый ра зъ съ большею и большею рѣ- шительностію. Очевидно, это-мысль самого Екклезіаста .