bp000001626

ремесленникъ старался превзойти своего соремесленника, выставляя на показъ свое произведете. Словомъ, все ликовало, все носило отпечатокъ веселаго расположенія духа людей, которые въ первый день года хотѣли сдѣлать себя счастливыми, или, по крайней мѣрѣ, веселыми на цѣлый годъ. При этомъ было въ обычаѣ приносить другъ другу поздравленія съ подарками и благожеланіями, маски­ роваться и гадать о неизвѣстномъ будуіцемъ. По свидѣтельству епископа турскаго Максима, в ъ ’день новаго года всѣ спѣшили другъ къ другу съ подарками и поздравленія- ми, съ поцѣлуями и благожеланіями по случаю новолѣтія. Между частными лицами подарки только перемѣнялись: брали принесен­ ные и замѣняли ихъ своими; но когда дѣло доходило до покро­ вителей, до патроновъ, то подарки принесенные уже не обмѣнива- лись, а цѣликомъ поступали къ нимъ. Поэтому обычай давать по­ дарки въ новый годъ былъ особенно чувствителенъ для бѣдняковъ, которые не рѣдко должны были занимать деньги у ростовіциковъ, чтобы сдѣлать какой нибудь подарокъ своему богатому покровите­ лю. Астерій, епископъ амасійскій, говорить, что тѣхъ, которые не имѣли возможности дарить, наказывали иногда, какъ преступниковъ. Понятно, что требуемые силою обычая подарки не могли считать­ ся выраженіемъ искренняго чувства поздравляющихъ, но были данью скупости, по словамъ Максима турекаго. Объ обычаѣ рядиться, маскироваться, сообщаютъ намъ Амвро- сій епископъ медіоланскій, Максимъ турскій, Петръ Хрисологъ. Каждый маскировался, какъ могъ и какъ хотѣлъ; и кто искуснѣе и замысловатѣе наряжался, такъ что едва могъ быть узнаваемъ, тотъ больше заслуживалъ похвалъ и удивленія. Мущины старались казаться женщинами и для этого иадѣвали на себя женскія одеж­ ды, по-женски причесывали волосы, подкрашивали лицо, усвояли женскіе пріемы и вообще старались подражать имъ во внѣшиемъ видѣ съ такимъ усердіемъ, какъ будто-бы, по выраженію бл. Ав­ густина, высказывали сожалѣніе, почему они не женщины, а муж­