bp000001625

кареты, принадлежащей архіерейскому дому: обмѣнявшась взаимиыми изъявленіями чувствъ любви и благодарности, преподалъ сопровождавшимъ свое благословеніе; виднмо рас- строганный, сѣлъ въ обыкновенный ямщичій экипажъ и одшгь въ сонровожденіи только Келейника, почти 40 лѣтъ неизмѣнно сопутствовавшаго ему, отправился въ дебристую пустынь—мѣсто своего иокоя. Но пребываніе Преосвященнаго Іустина въ Борковской пустынѣ было весьма непродолжительно—всего только три съ половиной мѣсяца. Граждане Владимірскіе, въ продол- женіе 13 лѣтъ привыкшіе къ своему Архипастырю и полю- бившіе его искреннею любовію, сожадѣли, что Преосвященный избралъ для своего мѣстожительства пустынь отдаленную отъ Владиміра, гдѣ немногимъ изъ иихъ довелось бы когда- либо видать его и бееѣдовать съ нимъ. Они желали, чтобы до- брый ихъ Архипастырь жилъ вблнзи ихъ и потому убѣдительно иросили ІІреосвященнаго, чтобы опъ избралъ себѣ для жи- тельства Боголюбовъ монастырь. Тронутый любовію къ себѣ прежнихъ своихъ пасомыхъ, Нреосвяіценный не рѣшился огорчать ихъ отказомъ въ исполненіи ихъ желанія и поз- волилъ ходатайствовать о таковомъ перемѣщеніи его иредъ Св. Синодомъ. Скоро представлено было по сему предмету два прошенія въ Синодъ,— одио отъ гражданъ Владимірскихъ, другое, но убѣжденію сихъ иослѣднихъ, отъ самого Прео- священнаго Іустина. Первое изъ сихъ ирошеній, въ кото- ромъ самою паствою нрекрасно охарактеривованъ Преосвящен- ный и образъ унравлепія его, приводимъ иа сихъ строкахъ дословно. „Съ искреннимъ сожалѣніемъ мы узнали“ , писали граждаие въ своемъ прошеніи, «что любимый нашъ Архи- настырь, ІІреосвящениый Іустинъ, Енискоиъ Владимірскіи и Суздальскій, Всемилостивѣйше уволеиный, но собственномі его прошенію, на покой, отправляется въ Борі;овскую пус-