bp000001625

малому моему удивленію мало находилось охотниковъ на покупку этихъ книгъ. ІІрн болѣе настойчнвомъ предложеніи книгъ этого рода, я даже не разъ замѣчалъ, что нѣкото- рые крестьяне, желая какъ нпбудь отговориться, допускали нредо мной явную ложь говоря, что они этн книги уже читали. Странно и непонятно было для меня видѣть такое нерасположеніе къ объяснительному чтенію. При всѣхъэтихъ отговоркахъ, какъ миѣ казалось, каждый какъ будто желалъ сказать: зачѣмъ мнѣ стараться понять умомъ то, что я и безъ того хорошо чувствую сердцемъ и непосредствеп- нымъ релпгіознымъ сознапіемъ. Вообще, какъ замѣтилъ я, нашъ крестьянинъ не любитъ ни съчего приподнимать таи- ственной завѣсы, всякая таинствепность для него обаятельна. Отсюду я объясняю и то, почему мон покупатели чаще всего спрашиваютъ такой книжки, которая не только бы ио своему содержанію, но даже по самому заглавію носила печать какой то таииственности.— „Нѣтъ ли у тебя книжки: „Вертоградъ духовиый "или„ Цвѣтыизъ сада Ефрема Сирина?й Сирашиваешь иногда: иочему тебѣ эта книга особенно иравится? Да потому, отвѣчаетъ мужичекъ, что ужъ очень хвалятъ, въ ней ужъ очень много чуднаго разсказывается. Что же тутъ особенно чуднаго, спроеишь. Да какъ тебѣ сказать,—не зиаю, только ужъ болыіо хорошо. Особенио любитъ почитать мужичекъ житіе святаго, только оиять- таки такое житіе, которое „похитрѣе“ : придеть и разсказы- иаетъ что вычиталъ и рекомендуетъ эту же книжку дру- гому: ,,ты только почитай съ диву дашся“ . Нри этомънри- ходилось всегда замѣчать одно, что въ разсказъ жизии того и^и другаго святаго, мужичекъ хотя и внолнѣ вѣритъ, а все таки въ умѣ своемъ пе перестаетъ держать ту мысль: