bp000001624

юношей и для ихъ руководителей можетъ обнаружиться буесть юно­ сти, когда, перейдя терпимыя и иатуральныя границы, она начнетъ уже бушевать и въ собствеппомъ смыслѣ глупить. Какъ учебная, такъ и вообще вся нравственная жизнь юношей можетъ расшататься до нельзя, и благородныя надеждыобщества па плодотворное и бо­ гатое развитіе молодого поколѣпія могутъ сильно затемниться, а въ худшемъ случаѣ и вовсе не осуществиться. Наибольшая опасность въ этомъ отношеніи всегдабываетъ въ школахъ, и вообще въ та- кихъ учреждеиіяхъ, гдѣ молодымъ людямъ приходится жить болѣе или менѣе густыми толпами и въ живыхъ сиошеніяхъ другъсъдру- гомъ; ибо самая эта стадность жизни и всегдашняя возможность укрыться за спипой своего товарища можетъ подогрѣвать дурные инстинкты и несовсѣмъ дурныхъ молодыхъ людей, и сильно ослаб- ляетъ доброе вліяніе благовоспитанныхъ и дѣльныхъ едипицъ, ко- торыхъ всегда, какъ извѣстпо, бываетъ меньше въ сравпеніи съ дурными или только безхарактерпыми н безличными посредствен­ ностями. Съ большой неохотой и лишь по пуждѣ и по ходу рѣчи я долженъ припомнить здѣсь нѣсколько темпыхъ и грустпыхъ чертъ, какими обычай имѣетъ заявлять себя наша совремеппая молодежь, увлекаемая буестыо своего возраста. И памъ и вамъ конечно мно­ го приходилось объ этомъ и слышать и читать, а можетъ быть и самнмъ съ прискорбіемъ паблюдать, и даже испытывать. ВсякіЙ разъ, когда я собираюсь говорить объ этомъ въ частности вамъ именно,— моимъ, а пе чужимъ восшітаніпікамъ; то мнѣ все думается, что до­ статочно показать вамъ что-нибудь ненормальное и незаконное въ его нодлинномъ видѣ, и вы нетолько пе дадитеему своихъ симпатій, но съ негодованіемъ отвернетесь и благоразумно остережетесь отъ него. Такъ я сильно расчитываю па здравый смыслъ вашъ и на добропорядочность вашего большинства! Вотъ папримѣръ во всѣхъ учебныхъ иашихъ программахъ есть такъ называемые нелюбимые, а сеть и сравнительно трудные предметы. Иной впрочемъ не любитъ одно, другой—другое, а иной (и много пожалуй паберется та- кихъ!) желалъ бы и вовсе учиться исподволь и спустя, такъ сказать, рукава—по всѣмъ предметамъ, хотя всякій разумѣется тянется за учеными правами и желалъ бы оказаться въ концѣ ученья наряду съ знающими и умными. Вотъ и начинаются разнил увертки, плак­ сивым сѣтовапія, задорные протесты и незрѣлыя сужденія: «Вачѣмъ