bp000001623

родпаго брата Димитрія—Владиміра Андреевича и опытнаго полководца боярина Боброка, сдѣлать въ лѣсу засаду, рѣ- шив'шую полную нобѣду надъ татарами. 8-го сентября началась битва, подобной которой еще не бывало никогда на Руси. Кровь лилась какъ вода на про- странствѣ десяти верстъ; лошади не могли ступать во тру- памъ; ратники гпбнулн подъ конскими копытами, задыха­ ясь отъ тѣспоты. Пѣшая русская рать лежала, какъ ско­ шенная трава II татары начали одолѣвать. Видя пораже- піе Русскихъ, князь Владиміръ Аидреевнчъ сказалъ боя­ рину Боброву: «долго-ли намъ ждать здѣсь, — какая отъ пасъ польза? Смотри, уже всѣ христіапскіе полки лежать мертвы». Опытный Боброкъ отвѣтилъ: «нельзя выходить изъ засады: вѣтеръ дуетъ прямо въ лицо Русскимъ». Но Богь смиловался,—вѣтеръ скоро перемѣнился.... «Теперь пора», сказалъ Боброкъ—и засадное оиолченіе бросилось на татаръ. Это появленіе свѣжихъ силъ рѣшило участь битвы. Тучпый Мамай въ ужасѣ бросился бѣжать со всѣмъ сво- пмъ войскомъ, восклицая: «всликъ Богъ Христіанскій»!.;,>. Весь путь побѣдителей отъ поля Куликова до Москвы былъ торжествомъ непрерывнымъ: «народъ Русскій смотрѣлъ на Димитрія, какъ на Ангела-храпителя,— ознамснованнаго не- чатію небеспаго благоволснія». ‘ Прошло столѣтіе нослѣ Куликовской битвы, и въ это время много измѣнилось на Св. Руси!... Быстро усили­ вается единодсржавіе, прекращаются окончательно «безсмы- слеиныя», драки княжескія. Вотъ уже палъ и «Господииъ великін Новгородъ» предъ мудрой и осторожпок политикой великаго князя Іоанна ІІІ-го. Начинаетъ сильно труситыі опасаться возвышешя Москвы и польскій король Казимиръ. Великій князь Іоанпъ, почти окончательно объедииившій Роосію, уже девять лѣтъ не платить подати хану татарскому.