bp000001623

и движенінмъ нѣкоторыхъ изъ васъ къ нравственному само­ усовершенствовании. Между тѣмъ дома п на свободѣ всѣмъ вамъ большею частію приходится имѣть дѣло и счеты, хоть и на короткое время, съ одною только своею совѣстію. Вотъ на этомъ-то иослѣднемъ и иаиважнѣійшемъ обстоя­ тельств! я и останавливаю ваше вниманіе. Что же, вы- соко-ли вы поднимались въ своихъ еобственныхъ глазахъ всякій разъ, когда приходилось имѣть вамъ дѣло съ одною своею совѣстію? Тѣ ваши проступки и нарушенія начер- танныхъ внутри насъ правил ь строгой нравственности, ко­ торыя остались нпкѣмъ невидимы и совершенно безнака­ занны для васъ, ушли ли отъ васъ безслѣдно и облегчили ли вамъ будущее ваше нравственное преуспѣяніе? Не ду­ маю. Потому что всѣ такого рода секретные и безнаказан­ ные проступки,—нее равно-болыиаго или малаго они свой­ ства,—иадаютъ куда-то внутрь души нашей, и тамъ на самомъ днѣ он постепенно наканливаютъ все больше и больше тяжести и гнета, а внутреннее сознаніе съ горечью подсказываетъ, что за эту тяжесть когда-то все же пря­ дется раздѣлываткся, и сброситк ее какимк нибудь обра­ зомъ все же надо, чтобы не дойти до чего нибудь очень худаго. Безнаказанный н незамеченный нроступокъ,—все равно что не уплоченный долгъ для ч е с т н о человека. И чѣмъ больше этпхъ долговъ накапливается, и чѣмъ чаще они повторяются,—тѣмъ человѣку труднѣе конечно живется. И мвѣ кажется, чточеловѣку еще не выросшему до извѣстной степени нравственной зрелости, каковы всѣ школьники,— и не усиѣвшему выработать настолько силы характера, чтобы самоотверженно и честно обвинять себя за свои проступки на судѣ своей совести и затѣмъ въ самомъ же себѣ находить средства и силы къ возстановленію поколеб- леинаго нравственна™ равновѣсія,—такому—говорю—чело-