bp000001429

72 происходитъ не отъ безсилія, а напротивъ отъ слишкомъ ясныхъ и зрѣлыхъ поиятій о долгѣ и отъ строго-благо- роднаго представленія обязанностей, сопряженныхъ съ каждою должиостію. Не то, чтобы эти люди не хотѣли служить и прямо избѣгали всякаго труда и всякой служ- бы, — напротивъ, благородное рвеніе осуществить свои честные и высокіе служебные идеалы иногда весьма силь- но ихъ волнуетъ; но чѣмъ сильнѣе и чище это волненіе, тѣмъ оно дальше бываетъ отъ всякаго искательства и до- могательства: надо, чтобы иосторонніе и тоже честные люди открыли и оцѣнили это благородное настроепіе, и дали ему естественный и закониый исходъ. Обратныя и, по правдѣ сказать, болѣе частыя и обыкновенныя сцены устроиваютъ искатели съ сомнительными достоинствами, которымъ дорогъ только служебный почетъ или снятся только выгоды служебныя. Постороннему и не замѣшан- ному въ дѣло человѣку даже любонытно иаблюдать тѣ необыкновенныя и внезапныя измѣненія, которыя случа- ются съ людьми передъ выборами. Люди заносчивые и суровые необыкновенно какъ-то умягчаются, а вѣжли- вость и доброта какъ-будто были давнишними и даже природными ихъ качествами. Скупые дѣлаются тароваты- ми; отсталые — либералами; либералы патріотами; легко- мысленные и невоздержные серьезными н даже религіоз- ными. Люди высоко или богато поставленные до возмож- ной степени сокращаютъ разстояніе, раздѣляющее ихъ отъ людей обыкновенныхъ и рядовыхъ и т. д. и т. д!... И что всего страннѣе,—эти давнйшнія, нисколько нета- инственныя и хорошо извѣстныя мѣры и пріемы иедостой- ныхъ или полудосгойныхъ искателей до сихъ иоръ и і і о г - да имЬютъ свою силу и успѣхъ у людей. Чѣмъ это объ- яснить? Простой оезнечности и нашего національнаго доб-