bp000001429

я воспоминалъ съ утѣшеніемъ и даже съ желаніемъ воз­ вратиться на него. Оглядываясь на него, я часто думалъ, что Вогъ особенно щадитъ и бережетъ дѣтство и юность, и чтобы въ иачалѣ жизненнаго пути не охладить или не утомить, не привести въ уныніе путника, облегчаетъ тру­ ды и скорби, которыя и въ раннихъ лѣтахъ не рѣдко встрѣчаются, но легко переносятся.—На этомъ раннемъ пути мнѣ только давали другіе, ничего за то не требуя отъ меня; я былъ нивою, на которой сѣяли. Всѣ почти мои сѣятели отошли уже къ отцамъ. Да помянетъ ихъ Господь во царствіи своемъ! Наступилъ другой періодъ жизни. Верховный сѣятель принялъ меня въ работники на своей нивѣ; работалъ я не мало времени и не безъ усердія; и этотъ путь, по милости Божіей, я прошелъ мирно; но принесъ ли какой нибудь плодъ для небесной житницы—не знаю, Богъ вѣсть; дѣлалъ свое дѣло—садилъ, а возращаетъ Богъ. Высшій даръ, которымъ благоволилъ Господь украсить мою жизнь—это благодать священства. Съ дѣтства былъ вожделѣненъ мнѣ этотъ даръ, въ зрѣлыхъ лѣтахъ я соз­ нательно воспріялъ его, съ нимъ прошелъ лучшую часть жизни, и съ нимъ достигъ старости: но старость честна не многолѣтна и не въ числѣ лѣтъ исчитается; выше все­ го въ жизни чту этотъ даръ, но больше всего страшусь отвѣтствеиности за него предъ Дародавцемъ. Я знаю, каковъ долженъ быть священникъ. Апостолъ въ посла иіи къ Тимоѳею и къ Титу ярко начерталъ его образъ: ему заповѣдано быть образцомъ для вѣрныхъ въ словѣ, въ житіи, въ любви, въ духѣ, въ вѣрѣ, въ чието- тй, проповѣдывать слово и настоять благовременно и без­ временно, запрещать, когда нужно, съ твердостію, а чаще умолять со всякимъ долготерпѣніемъ и назиданіемъ (1 Тим. 4, 12 2 Тим. 4 г.). Сравнивая себя съ этимъ свѣт- лымъ образомъ, невольно вспоминаю тѣ прещенія, кото-