bp000001420

121 служебнымъ орудіемъ земныхъ и плотскихъ потребностей. Вотъ почему слово Божіе, не запрещая человѣку никакихъ законныхъ радостей и удовольствій, повелѣваетъ опасать­ ся пристрастія къ нимъ. « Все мнѣ позволено , но не все полезно; все мнѣ позволено , но ничто не долокно обладать мною. Пища для чрева , и чрево для пищи; по Богъ унич- тоокгтъ и то и другоел (1 Кор. VI, 12. 13). Съ этою между прочимъ цѣлію и установлены святою Церковію опредѣленныя времена постовъ. Это одна изъ самыхъ силь­ ныхъ воспитательныхъ мѣръ съ ея стороны. Ими она хочетъ пріучить насъ къ сомообладанію и сдѣлать способными— по первому, такт, сказать, востребованію—отказаться отъ интересовъ низшихъ, земныхъ и плотскихъ въ пользу высшихъ и религіозныхъ идей. Вѣдь и въ домашнемъ вос­ питаніи, для укрѣпленія характера въ дитяти, и чтобы создать въ немъ нѣкоторыя твердыя правила добродѣтели, нарочно подвергаютъ его нѣкоторымъ лишеніямъ и посте­ пенно вводитъ въ борьбу съ окружающими обстоятельства­ ми. Баловство и изнѣженность воспитываетъ слабодуш­ ныхъ и гнилыхъ, людей. Таково нравственно-воспитатель­ ное значеніе постовъ. Если поставить теперь рядомъ съ выясненной нами свѣтлой и высокой идеей христіанскихъ постовъ тѣ вопли и жалобы, которые обыкновенно раздаютси противъ нихъ: то какими мелкими оказываются эти вопли, и какимъ они отзываются малодушливымъ ребиче'Ством'ь! «Не все ли ра­ вно Богу, чѣмъ человѣка, ни питается, лишь бы онъ чйстъ былъ душой»? Конечно все равно; но вѣдь дѣло и не въ ииіцѣ, а въ самообладаніи и въ умѣньи подчинять на вея- Кій случай свои низшія потребности высшимъ. Пройдетъ иремн поста и пріятная пища разрѣшается,—понятно ли, что дѣло не въ пищѣ? «Но л буду, говоритъ сластолюбецъ, соблюдать строгое воздержаніе и въ скоромной пищѣ»?... воздержаніе—не есть постъ; оно всегда и для всѣхъ обя-