bp000001410

такъ лѣниться было неповадно»,— решилась упо­ требить всѣ мѣры строгости, и, конечно, Дубров­ скому жить стало «всячески не возможно» ... При самомъ началѣ открытія Владимирской Се- минаріи въ 1750 г. былъ принятъ въ Семинарію сынъ священника Арзамазскаго уѣзда , села Горей, Михаилъ Гусевъ . ( п ) Онъ былъ уже въ лѣтахъ ,— 20 лѣтъ . Тяжело было ему переносить Семинар­ скую неволю и частые побои; «а еще не выноснѣе для него была наука латинскаго діалекта». Про­ учившись два года, Гусевъ въ 1752 г. бѣжалъ, вполнѣ надѣясь, что за побѣгъ ему иредстоитъ не­ минуемое иеключеніе, чего онъ ждалъ и добивался какъ высочайшаго для себя блага. Но и послѣ двух­ к р а т н а я иобѣга его не исключили, а только усили­ вали въ отношеніи къ нему строгія мѣрьт.... Въ 1754 г. когда ему миновало уже 24 года, онъ рѣ- шился обратиться къ ректору архимандриту Товіи съ просьбою исключиться, ссылаясь на указъ св. Синода 172 і года, въ которомъ сказано: «а ежели кто изъ церковническихъ дѣтей явятся нерадивы и лѣностны, тѣмъ , яко самимъ о себѣ нерадящимъ, ли ill ивъ всего священнаго чина и церковнаго прич­ та надежду, включить въ подушный окладъ». Хоти Гусевъ уже многократно и яснымъ образомъ дока- залъ свою нерадивость и лѣность, но Семинарское начальство руководствуясь семнадцатымъ пунктом! регламента отказало ему въ просьбѣ Гусеву; ибо О7) В ®сь этот,ь р а з с к а з ъ заим ствуемъ изъ дѣла № 981.1755 г. « словесному объясненію Влацимірской Семинаріи студента Михаила Павлова сына I усева слова и дѣла Государевы».