bp000001410

придется поплатиться за это . По къ вечеру того же дня онъ становится все печальнѣе и печальнѣе,— что не укрылось отъ его матери. Послѣ немногихъ разспросовъ съ ея стороны онъ признался, что ушелъ «тихонько». По всей вѣроятности и въ Се- минаріи не знали еще объ отлучкѣ Тимоѳѣева, иначе тотчасъ повсюду дали бы знать объ его побѣгѣ . Но испуганная мать сама повела сына къ учителю Субботинскому и слезно умоляла, чтобы онъ про- стилъ и пощадишь мальчика. Учитель С убботин - скій, какъ мы видѣли, такъ много хлопотавш ій о пользѣ семинаристовъ ( 5) , пришелъ при этомъ слу- чаѣ въ неописанный уж асъ . Бѣдная вдова была прогнана съ ругательствами: а Иванъ Тимоѳѣевъ , послѣ сильнаго сѣченія, носаженъ былъ скованный въ желѣза, при чемъ ему сказано было, что онъ просидитъ въ такомъ положеніи нѣсколько мѣся- цевъ ( 6). Вотъ каковы были педагогическіе пріемы! Уче- никъ легко провинивш ійся, сознавш ійся въ своемъ проступкѣ, не смотря на мольбы и слезы матери , такъ жестко наказывается! По это объясняется не особенной жестокостью учителя Субботинского, а тѣмъ, какъ мы уже замѣтили , что на Тимоѳѣева О См. ар х . Д ухов. Коне, дѣло № 270. 1762 года: «донош еніе семи- чарскаго учителя Н и колаяС убботи н си аго о р асхищ ен іи сем инарркихъ еуммъ 1 0 ирочихъ п ри ц уди тельствахъ 'Дмитріевскаго п р о то п о п а А ндрея С теаан о- канцеляриста В аси лія Дмитріевекаго и кон іи ета И родіона Г руздева». ( 6) См. ар х . Д ухов. К оне, дѣло № 2737, 1762 года: «донош еніе горо- Пладииіра, Рож дественской ц еркви свящ ен ни ка Я к о в а Ѳ едорова, при ко- еіІЪ пРеДставленъ бъж авш ій и зъ Семинаріи учени къ И в ан ъ Т и м о ф Ѣ в в ъ съ Украденною у него лош адью».