bp000001410

ныхъ условій, какъ созданіе идеаловъ. Всякій человѣкъ носитъ въ себѣ свои собственные идеалы, всякое ученіе строитъ свои идеалы, всякая отдѣль- ная личность ж ветъ своими идеалами. Идеалъ лучшей жизни человѣчества, изображенный древ- нимъ языческимъ мыслителемъ (Платоиомъ) сов- сѣмъ не то напр им., что идеалъ средневѣковыхъ ф и л о с о ф о в ъ ; послѣдній вовсе не то, что утопіи на­ шего вѣка. Чъмъ же отличаются идеалы будущаго человѣческаго блаженства, представляемые намъ евангельскими обѣтованіями отъ идеаловъ, созда- ваемыхъ человѣческою Фантазіею? Прежде всего сущностію своею, и это отличіе ихъ по сущности есть дѣло величайшей важности. Идеалы будущей блаженной жизни человѣчества, представляемые намъ евангельскими обѣтованіями, совершенно сво­ бодны отъ всѣхъ тѣхъ случайныхъ условій време­ ни и мѣста, которымъ подчинены идеалы создавае­ мые самимъ человѣкомъ. Идеалы будущей жизни, создаваемые имъ, никогда не обнимали и немогутъ обнимать собою всей полноты человѣческихъ стре­ млений такъ , какъ обнимаютъ эту полноту идеалы христіанства. Въ пору общественныхъ политичес- кихъ неурядицъ, вся энергія Фантазіи и мысли о бу­ дущей общественной жизни направляется на созда- ніе только образцевъ общест-веннаго лучшего уст ройства. Въ пору тяжелаго экономическаго поло- женія того или другого народа, всѣ утопіи обраща­ ются на создайте такой картины общественной жиз­ ни, въ которой исчезает ъ сч» лица земли бѣдность и раепредѣляется между всѣми классами общества Одинаковое довольство и т. д. Природа человѣческая