bp000001296

ло, думаемъ умилостивить Бога, не зная, что тѣмъ еще болѣе прогнѣвляемъ Его. Въ са- момъ дѣлѣ, скажи миѣ: если бы ты, прита- щивъ съ распутій и дорогъ мертваго и сгнив- шаго осла, возложилъ его на жертвенникъ,— не подвергся ли бы ты всеобщему осужденію и ирезрѣнію, какъ нечестивецъ, достойный проклятія. Чтожь, если я докажу, что ж ер ­ тва, приносимая отъ хищенія, еще болѣе мерзка? Какое мы будемъ имѣть оправданіе? Ноложимъ, что прииееенъ какой либо дра­ гоценный даръ изъ того, что пріобрѣтено хшценіемъ: не зловоннѣе ли онъ мертваго осла? Между тѣмъ ты, въ то время какъ словами умоляешь Бога, чтобы Онъ нредалъ забвеніш содѣлашіые тобою ірѣхи, самъже своими дѣлами, — тѣмъ, что похищаешь и возлагаешь свой грѣхъ иа жертвенникъ, за­ ставляешь непрестанно помнить о ннхъ. Но не въ этомъ только грѣхъ, но что еще ху­ ж е—(поступая такъ), ты оскверняеиіь души святыхъ. Души святыхъ всегда носятъ (въ себѣ) сазіаго Христа: какъ же ты осмели­ ваешься приносить дары отъ такой нечисто­ ты? Нѣтъ, скажешь, я приношу не отъ этаго имущества, а отъ другаго? Это — смѣшное и глупое пустословіе. Развѣ не знаешь, что если въ великое множество имущества по- 59