bp000001165

— 263 — сердце небесная радость, и изъ глазъ полились умиленія слезы. То къ душѣ прикоснулся благодатью Своею Воскресшій. И это—не плодъ воображенія, не безсознательное, слѣпое очарованіе наполнило душу. Не воспоминанія далекаго милаго дѣтства вызвали на глазахъ твоихъ слезы. Это—даръ благодати. Это—откровеніе, явленіе душѣ твоей Воскрес­ шаго Господа. И недаромъ святые угодники именуютъ эту ночь и праздникъ Пасхи великимъ таинствомъ. Въ эту ночь благодатная сила Господня и любовь Его проникаетъ въ сердце христіанина безъ под­ виговъ, безъ всякихъ усилій, иногда даже какъ бы противъ его воли. И чувствуешь, всѣмъ существомъ своимъ чувствуешь, что воскресъ въ душѣ твоей Христосъ. Это для тебя такъ же ясно, какъ біеніе сердца, такой же фактъ, какъ и идущій впереди тебя крестный ходъ, И слы­ шишь, какъ колокола спѣшатъ согласиться съ тобою и дружно, ра­ достно, обгоняя другъ друга, звенятъ „воистину, воистину воскресъ". Мгновеньями чудится въ ихъ переливчатыхъ звукахъ размѣрное, ве­ селое пѣніе тропаря изъ пасхальнаго канона: „Небеса убо достойно да веселятся. Земля же да радуется, да празднуетъ же міръ, видимый же весь и невидимый: Христосъ бо воста,—веселіе вѣчное". И сразу какъ-то яснымъ стало все то, что до этой минуты каза­ лось темной загадкой. При свѣтѣ пасхальной радости совсѣмъ про­ стыми, нисколько не мудрыми стали вопросы, предъ которыми раньше мысль становилась втупикъ. Воскресъ Христосъ...—и небесная радость, наполнившая сердце, вовсе не кажется странной, неумѣстной при мысли о горѣ, страданіяхъ и крови нашихъ братьевъ на полѣ сраженій. Ибо радость эта—не ра­ дость себялюбія, которое не желаетъ видѣть страданія ближнихъ, чтобы покоя своего не нарушить, чтобы видомъ горя и слезъ веселья своего не разстроить. Радость пасхальная -радость любви, готовой обнять весь міръ и друзей и враговъ, готовой раздѣлить всѣ страданія брать­ евъ, и въ самыхъ страданіяхъ способной сохранить безмятежную ра­ дость. Радость пасхальная—это даръ намъ Воскресшаго, которымъ мы готовы подѣлиться со всѣми и который понесемъ мы всѣмъ печаль­ нымъ и требующимъ нашего утѣшенія. „ Тѣмъ же убо внидите вси въ радость Господа своего1,— вспоминаются слова Златоуста (слово на Пасху). Воскресъ Христосъ, —и „смерти празднуемъ умерщвленіе, адово разрушеніе, иного житія вѣчнаго начало" (Пасхальный канонъ). И тѣ гекатомбы жертвъ, что поглощаетъ смерть на полѣ сраженій, тотъ кро­ вавый пиръ ея, котораго міръ не видалъ отъ начала, также нисколько не омрачаютъ радости свѣтлаго праздника, не уменьшаютъ побѣды Воскресшаго, жизни надъ смертью. Пусть уноситъ смерть ежедневно тысячи жизней: она беретъ лишь то, что назначено ей Владыкою жизни. Это—не побѣда. Придетъ время,—по волѣ Творца она и всѣхъ насъ возьметъ, но возьметъ для того, чтобы отдать Ему въ новомъ, лучшемъ видѣ для вѣчной жизни. Теперь „пусть никто не боится смерти, по-