bp000001165

— 596 — почившій протоіерей въ послѣдніе дни жизни, можно сказать, пребывалъ въ постоянномъ общеніи съ Богомъ: молитва не сходила съ устъ его. Чинъ погребенія совершалъ мѣстный благочинный, протоіерей г. Покрова, Павелъ Матвѣевичъ Соколовъ, въ сослуженіи съ шестью священниками. Во время причастнаго стиха и за погребеніемъ сказаны были поученія зятемъ по­ чившаго, священникомъ, заступившимъ мѣсто тестя, Малиновскимъ, и дру­ гими двумя священниками с. Абакумова: Альбицкимъ и Покровскимъ. О. Альбицкій въ своей проповѣди выяснилъ значеніе пастырскаго служенія. О.о. Покровскій и Малиновскій сосредоточили вниманіе на личности умерша­ го о протоіерея, охарактеризовавъ его какъ человѣка вообще, какъ семья­ нина и какъ пастыря. Послѣднія два поученія, какъ имѣющія непосред­ ственное отношеніе къ личности покойнаго помѣщаемъ здѣсь полностію. Такъ священникъ Малиновскій сказалъ слѣдующее: «Дорогой папаша! лежишь ты бездыханный; прервалась нить твоей жизни; перестало биться сердце твое; успокоилось отъ заботъ и тревогъ, а ихъ въ твоей жизни было не мало. Вотъ началась для тебя жизнь са­ мостоятельная въ здѣшнемъ приходѣ, а съ ней—труды и заботы. Надо было дать образованіе сиротамъ, оставшимся послѣ тестя. А потомъ по­ шли собственныя дѣти. Не легко было дать воспитаніе и образованіе де­ сяти своимъ птенцамъ. Сколько безсонныхъ ночей пережито, сколько не­ пріятностей перенесено! Трудъ—забота безъ перерыва съ самаго поступ­ ленія сюда до послѣдней минуты. Послѣдняя твоя забота—еще не совсѣмъ закончившій образованіе сынъ; послѣднее твое горе—другой сынъ, пропа­ вшій безъ вѣсти на войнѣ. Не легкую твою жизнь скрашивали дѣти, успѣвшія, благодаря твоимъ неусыпнымъ заботамъ, хорошо устроиться въ жизни. И они трогательною любовью платили тебѣ за твои заботы о нихъ, прилагали возможныя уси­ лія, чтобы облегчить твою жизнь. И ты радовался, видя благополучіе сво­ ихъ дѣтей; а о тѣхъ изъ нихъ, которыя скончались во цвѣтѣ лѣтъ, ты усердно молился, и эта молитва укрѣпляла тебя въ трудныя минуты жизни. Если кончина всякаго человѣка поучительна, то тѣмъ болѣе поучи­ тельна твоя кончина, дорогой нашъ. Сорокъ восемь лѣтъ ты, какъ вѣрный стражъ, стоялъ предъ престоломъ Божіимъ, съ благоговѣніемъ совершая предъ нимъ божественныя службы. И ты былъ постоянно готовъ къ служ­ бѣ. Ни усталость, ни другія дѣла—ничто не препятствовало тебѣ готовить­ ся к ь литургіи, полностью прочитывать положенныя правила. Бывало, прі­ ѣдешь изъ дальней деревни, побесѣдуешь съ нами присными, а потомъ идешь въ свой кабинетъ и долго-долго читаешь молитвы... Глубокая ночь... Всѣ уже спятъ въ домѣ, а въ кабинетѣ все еще теплится свѣчка и слы­ шенъ шопотъ твоихъ молитвъ. И такъ былр неизмѣнно, съ начала твоей службы до послѣднихъ дней. Вообще ты, какъ натура цѣльная, не посту­ пался своими убѣжденіями, не оставлялъ церковныхъ постановленій и доб­ рыхъ старыхъ обычаевъ изъ-за слабости силъ или ради скоро—переходя­ щаго мнѣнія окружающихъ, высоко держалъ знамя пастыря. Въ послѣднее время предъ праздникомъ Рождества Христова ты чувствовалъ себя плохо.