bp000001165

— 65 — жизни земной человѣка, и его первый долгъ и обязанность молиться за усопшихъ, поминать и поминать ихъ. И вотъ эту свою особенную долж­ ность, по званію кладбищенскаго священника, усопшій собратъ нашъ выполнялъ, безъ преувеличенія можно сказать,—въ совершенствѣ. Помино­ веніе усопшихъ, какъ совершалъ его почившій, имѣло такія отличитель­ ныя черты: постоянство, усердіе, теплоту, проникновенность. Постоянство—• это означаетъ, что въ поминовеніи не было перерывовъ, не было опущеній, не было послабленій. Усердіе—это означаетъ, что при постоянствѣ своемъ поминовеніе совершалось въ духѣ и тонѣ усердія безъ всякой тѣни маши­ нальности или торопливости. Теплотою—это значитъ, что поминовеніе совершалось въ тонахъ любви христіанской, которая вноситъ въ произно­ симыя священникомъ слова молитвъ особенную духовную теплоту, тонко ощущаемую молящимися. Проникновенностью—это уже особенное качество поминовенія усопшихъ, какъ совершалъ его почившій. Когда онъ неспѣшно произносилъ имена поминаемыхъ, то въ тонѣ его голоса слышалось, что онъ какъ-бы видитъ поминаемаго предъ собой и возбуждаемый этимъ образомъ поминаемаго усопшаго съ особеннымъ дерзновеніемъ предъ Бо­ гомъ произноситъ его имя. Эти особенности поминовенія усопшихъ, какъ совершалъ его усопшій собратъ нашъ, были, конечно, пріятны молящимся съ нимъ. Всѣ были всегда довольны такимъ молитвенникомъ за усопшихъ; всѣ уходили съ кладбища, отъ могилъ своихъ покойниковъ, умиротворенными, утѣшенными поминовеніемъ. Такое строгое отношеніе почившаго къ исполненію первой своей обязанности и долга поминать усопшихъ отпечатлѣлись и на другихъ сто­ ронахъ его пастырскаго служенія. И здѣсь онъ также былъ строгъ въ исполненіи своихъ обязанностей. Достигшій совершенства въ поминовеніи усопшихъ онъ и вообще въ совершеніи богослуженія былъ образцовымъ священнослужителемъ. Онъ умѣлъ читать слово Божіе, прочитывать молитвы, произносить возгласы съ какою-то особою выразительностію. Почти все время своего священнослуженія онъ законоучительствовалъ въ разныхъ школахъ и въ этомъ дѣлѣ законоучительства онъ былъ образ­ цовымъ дѣятелемъ. Въ проповѣданіи слова Божія онъ превосходилъ другихъ глубиной и содержательностью своихъ проповѣдей и особливо тѣмъ, что называется „помазанностью“ въ произношеніи ихъ. И вотъ эти и другія отличительныя особенности священнослуженія почившаго и были причиною того, что наше братство духовное, вѣдомственное духовенство, избрало его духовникомъ; свидѣтелемъ и испытателемъ немощныхъ совѣстей нашихъ. И мы сейчасъ, отцы и братіе, теряемъ въ почившемъ дорогого нашего отца духовнаго, нашего утѣшителя и руководителя въ немощахъ нашихъ. Таковъ былъ въ своемъ священнослуженіи почившій протоіерей Божій Іоаннъ! Но тѣ добрыя черты его духовной природы, которыя являлись въ его священнослуженіи, онѣ же обнаруживались и въ обыденной жизни его и ♦