bp000001164

— 355 — ніями и воспоминаніями, вынесенньіми и сложившимися у него отно- сительно семинаристовъ и семинарскаго воспитанія послѣ 16-лѣтняго пребыванія въ столицѣ, среди столичнаго духовнаго міра и правящей среды—и всѣ эти впечатлѣнія и воспоминанія сводились къ доброй характеристикѣ семинаристовъ и ихъ воспитанія. Епископъ Антонинъ сравнивалъ семинаристовъ и гимназистовъ и признавалъ, что болѣе суровая обстановка, среди которой растутъ и учатся семинаристы, болѣе способствуетъ закалу характера и приспо- собляетъ къ жизненной борьбѣ. Наблюдая въ столицЪ, напр., учениковъ привилегированныхъ за- веденій, епископъ сказалъ, что они казались ему тепличными, нѣжными растеніями, боящимися малѣйшаго сквозняка; семинаристы же люди обтерпѣвшіеся, привыкшіе къ лишеніямъ, знакомые съ нуждой, настой- чивые и трудолюбивые,—это буйволы въ смыслѣ закаленности, силы. Отсюда и значеніе семинарій, какъ учрежденій, воспитывающихъ такихъ людей. И не удивительно, что изъ семинаріи, кромѣ іерарховъ, выходили выдающіеся дѣятели и на другихъ поприщахъ служенія. У семинариста не хватаетъ только аристократизма, внѣшняго лоску, «и почившій ми- трополитъ Антоній въ разговорахъ со мною,—передавалъ епископъ Антонинъ,—выражался: существуетъ семь смертныхъ грѣховъ, но у духовенства есть еще восьмой—это грубость. И вѣрно, продолжалъ епископъ Антонинъ,—семинаристъ грубъ, въ смыслѣ внѣшней воспи танности, но у него высокія духовныя качества—сила воли, трудолюбіе, энергія. Съ такими качествами можно достигнуть многаго». —- Мой отецъ былъ дьячокъ,—говорилъ далѣе епископъ Анто- НИНЪ)—много онъ претерпѣлъ въ жизни, сильно нуждался, но, несмотря на это, сознавалъ важность образованія и всѣми силами старался дать своимъ дѣтямъ образованіе. Для уплаты за содержаніе своего сына онъ продалъ свою единственную лошадь. Между прочимъ, мой отецъ разсказывалъ какъ и чѣмъ въ его время питались семинаристы,—вообще они жили впроголодь. Подадутъ, напр., галушки -по счету. Вилокъ не было. Каждый запасался... Какъ это называется, я з а былъ - з апнулс я епископъ Антонинъ. ___ Ш п ы ч к а , — подсказали нѣкоторые изъ сёминаристовъ. — Да, да шпычка... Каждый запасался «шпычкой», которой и старался пронзить галушку. Ппи этихъ словахъ среди семинаристовъ, слушавшихъ благодуш- ный разсказъ епископа и забывшихъ объ обѣдѣ, пронесся веселый смѣхъ—быть-можетъ, отчасти вызванный и удовольств.емъ, что теперь уже «галушки» и «шпычки» давно ушли въ область далекихъ воспо- минаній. . - Трудно было жить,—продолжалъ епископъ Антонинъ,—но се- минаристы переносили все и выходили людьми. („Совр. Лѣт.“, № 15).