bp000001164

Въ среду кружокъ почитателей Его Высокопреосвященства изъ студентовъ духовной академіи прощался съ любимымъ своимъ духов- нымъ вождемъ. - Прощаніе происходило въ квартирѣ настоятеля Срѣ- тенской церкви о. Михаила Степанова. Въ 27-2 часа дня сюда пріѣхалъ Его Высокопреосвященство. Хозя- инъ дома и собравшіеся встрѣтили Владыку у п одъ ѣзда и съ пѣніемъ „Небесныхъ воинствъ архистратизи", провели его въ гостинную дома. Здѣсь одинъ изъ участниковъ собранія высказалъ предъ Его Высоко- преосвященствомъ волнующія въ данное время членовъ настоящаго собранія чувства въ слѣдующ ей формѣ: „Ваше Высокопреосвященство, Высокопреосвяіценнѣйшій Владыка, Милостивѣйшій нашъ Архипастырь и Отецъ! Волею Возлюбленнаго Монарха и властью Святѣйшаго Правитель- ствующаго Сѵнода Вы назначены Архипастыремъ древней, славной и обширной Владимірской епископіи. Еще нѣсколько дней— и Вы поки- нете насъ и Саратовъ. Д умаемъ и Вамъ не легко разстаться съ Сара- товской паствой,— первой, врученной отъ Бога Вашему самостоятель ному архипастырскому водительству, но... еще труднѣе, еще больнѣе разставаться, скажу— оторваться отъ Васъ намъ, окружающей Васъ сейчасъ малой „Казанской д р у ж и н ѣ “. Особенныя духовныя связи и нити давно уж е протянулись между Вами и нами... Большинство изъ здѣсь стоящихъ подъ Вашимъ начальствомъ, руководствомъ и вліяніемъ начали и закончили академическій курсъ— лучшіе годы жизни; въ жизни, судьбѣ, въ положеніи почти каждаго изъ насъ Вы сыграли такую за- вѣтную роль... Позвольте же, нашъ дорогой вождь и отецъ, въ эти скорбно-торжественныя минуты высказать Вамъотълица казанской семьи Вашихъ искреннихъ почитателей, м. б. уж е не въ первый разъ, тѣ чувства, какія мы питаемъ къ Вамъ тоже не „со вчерашняго дня". Большую половину святительства Вы провели въ Казани, какъ епископъ Чистопольскій, ректоръ и начальникъ духовно-вскормившей насъ аішае та ігіз,— и намъ всего естественнѣе перенестись сейчасъ къ этой, прежде всего, хорошо-извѣстной намъ академической полосѣ Вашей дѣятельности. Вы пришли въ академію въ ужасное время вели- ко? русской „разрухи “, въ годы освободительнаго разгула, задѣвшаго, къ прискорбію, и нашу высшую духовную школу, пришлй, можно ска- зать, чужимъ,а оставили академію черезъ семь лѣтъ своимъ, приснымъ, роднымъ. Въ многочисленныхъ прощапьныхъ рѣчахъ, какими провожало Васъ студенчество академическое, все оно въ одинъ голосъ, какъ одинъ человѣкъ, съ подкупающей искренностью ярко отмѣтило эту глубокую перемѣну, какую сумѣли Вы въ самый короткій срокъ произвести въ отношеніяхъ къ себѣ студенчества, какъ начальникъ, профессоръ и человѣкъ. Правда, слышались тогда и потомъ голоса, называвшіе Васъ строгимъ и требовательнымъ начальникомъ,— а это правда, но, конечно, не въ смыслѣ жестокости и суровости, которыхъ совсѣмъ нѣтъ въ Вашей натурѣ, въ Вашемъ характерѣ; нужно было ближе встать къ — 832 —