bp000001164

Я отвѣчалъ, что черезъ мѣсяцъ я, должно-быть, вернусь къ ротѣ. — А вы очень любите свою роту?—спросила сестра и, не дождав- шись отвѣта, сказала: — Вамъ надо спать. Уже поздно, девять часовъ, а завтра погово- римъ... Затѣмъ сестра встала, мягко провела рукой по моимъ волосамъ и какъ-то по-матерински, какъ помню въ дѣтствѣ мнѣ мама говорила, ска- зала: — Ну, спите, будьте умницей... — Сестра!—остановилъ я,—скажите: въ этомъ лазаретѣ работаетъ Великая Княгиня Ольга Александровна?.. — Да. А что? — Мнѣ бы повидать... — А вамъ зачѣмъ?—улыбнулась сестра. — Да какъ же, —говорю,-—вѣдь Царская сестра и вдругъ такую ра- боту исполняетъ... да и ' потомъ говорятъ, она такая хорошая, добрая;... мнѣ бы ручку поцѣловать Великой Княгинѣ... — А вы мнѣ обѣщаете спать, если я это вамъ устрою! — Обѣщаю,—сказалъ я, ободрившись. — Ну, цѣлуйте скорѣй и спите,—сказааа сестра и ладонью закрыла мнѣ ротъ. — Я обомлѣлъ въ первую секунду. Затѣмъ, схвативъ руку, прижалъ ее къ губамъ. — Ваше Императорское Высочество... Сестра тихо отвела руку и сказала: — Зовите меня „сестрой" и помните, что вы дали обѣщаніе спать. Съ этими словами она отошла. Я не отрывалъ глазъ отъ сестры, ко- торая медленной походкой обходила койки раненыхъ, поправляла, что нужно, и потомъ скрылась въ дверяхъ. Послѣдующіе дни, когда я пользо- вался лаской, уходомъ, вниманіемъ и любовнымъ отношеніемъ къ моимъ ранамъ со стороны Великой Княгини,—эти дни были для меня настоящимъ праздникомъ и до могилы не забудутся. Уѣзжая, дрожащимируками, за- бывъ свои раны, припалъ къ рукѣ сестры, и она говорила: — Желаю вамъ здоровья и семьѣ вашей всего лучшаго... Пожилой штабъ-офицеръ разсказываетъ: — Когда я былъ раненъ тремя пулями пулемета, меня, по пріѣздѣ съ поля сраженія, направили въ ровненскій госпиталь, въ которомъ рабо- таетъ Великая Княгиня Ол^ьга Александровна. Я увидѣлъ Ея Высочество въ первый же вечеръ, когда насъ привез- ли. Великая Княгиня, въ бѣломъ халатѣ и въ такой же наколкѣ, съ крас- нымъ крестомъ на груди и полотенцемъ черезъ плечо, стояла возлѣ ра- ненаго въ бою офицера, которому врачъ дѣлалъ перевязку. Я послѣ пе- ревязки поклонился Августѣйшей сестрѣ милосердія; она милостиво протя- нула мнѣ руку, которую я поцѣловалъ. Сестра усадила меня на табуретъ, разспросила о ранѣ и, поручивъ другой сестрѣ, вышла. Былъ уже вечеръ, — 814 —