bp000001164

— 813 — — Нога вотъ... говорю, да и плечо... а рука—это пустое. — Снимите рубаху, я осмотрю вашу рану,—сказала тихо и просто сестра. Я раздѣлся. Сестра осторожно сняла бинтъ, отмочила повязку, по- звала врача, и минутъ черезъ десять меня повели въ операціонную. Я былъ тамъ не одинъ. Когда до меня дошла очередь, начали очищать рану. Сестра, которая меня встрѣтила, стояла около; тутъ же былъ фельдшеръ и другія сестры; дальше—шли другія операціи. Плечо сильно болѣло; кость была разбита, и выниманіе кусочковъ доставило мнѣ немало боли. — Пожалуйста, ваты,—сказалъ докторъ. Сестра подала. — Мало... Сестра подала громадный кусокъ, намоченный какой-то жидкостью. Далѣе—это были уже настоящія команды, которыя исполнялись сестрой безпрекословно, въ то время, какъ другая держала тазъ и полотенце, третья кипятила инструменты, а фельдшеръ держалъ руку и голову. — Ваты! Воды!.. Ножницы № 6... Скорѣй! Примите руку... Ваты!.. Дайте шприцъ... скорѣе!.. Все это исполнялось моментально, безъ малѣйшаго смущенія и вол- ненія; на меня въ упоръ смотрѣли два добрыхъ глаза, полныхъ нѣжности, состраданія и, какъ мнѣ казалось,—печали; въ то же время, эти глаза смотрѣли строго и притягивали къ себѣ, заставляя на секунды отвлекать- ся отъ боли. Очистка кончилась. — Можете сейчасъ же терпѣть перевязку ноги?—спросилъ докторъ. — Могу, - -сказалъ я. Сестра развязала бинтъ и въ тазу, поданномъ фельдшеромъ и другой сестрой, начала мыть мою рану; послѣдняя была не велика, но пуля про- шла насквозь, кость не дала излучинъ и рана была довольно легкая. Но отъ долгаго времени снаружи начиналось нагноеніе, которое надо было очистить. Мягкими, нѣжными, осторожными руками сестры была промыта рана, и докторъ сдѣлалъ, что нужно. Вслѣдъ за этимъ послѣдовала пере- вязка пальца. Страданія обезсилили меня и въ безсознательномъ состояніи меня перенесли на кровать. Я не помню, что произошло потомъ, но ча- совъ около восьми я очнулся. Ко мнѣ подошла другая сестра; спросивъ, не надо ли чего, она бережно укрыла меня вторымъ одѣяломъ, поправила подушки и принесла чай съ виномъ. Раны мои ныли, но были терпимы. Та же сестра принесла тазикъ съ теплой водой, отерла мнѣ лицо, руки, шею; я почувствовалъ себя свѣжѣе и бодрѣе. Я только что собирался припод- няться, чтобы пить чай, какъ подошла та сестра, что мыла мнѣ рану, и, гюдхвативъ подъ здоровое плечо, помогла подняться. Затѣмъ она сѣла на край кровати, налила въ блюдечко чаю и стала меня поить. Я совершен- но ободрился. — Вы семейный?—спросила сестра,—дѣтки есть!—Ну, что жъ, поѣде- те ихъ провѣдать, а потомъ опять?..