bp000001164

— 793 — го возгласа, напоминавшаго времена Атиллы, Чингизхайа, Тамерлана и имъ подобныхъ варваровъ Азіатскаго востока. Другихъ же, наоборотъ, э т а вы- ходка нисколько не удивила, ибо въ этомъ возгласѣ послышался знако- мый бранный кликъ изъ Валгаллы, совершенно естественно вырвавшійся изъ груди искренняго поклонника Одина, лишь для вида прикрываемаго именемъ Христовымъ1 (тамъ же). Теперь-же эти клики изъ Валгаллы «бей, руби, пощады не давай» т а къ ярко выразились въ германскихъ звѣрствахъ даже надъ санитарами и сестрами Краснаго Креста, надъ мирными жите- лями. И даже надъ умершими они, германцы, глумятся. Въ № '1 3 7 9 4 Но- ваго Времени офицеры, участники боя на нашей границѣ 30 іюля, оповѣ- щаютъ мір ь о глумленіи германцевъ надъ павшими въ бою казаками. Нѣм- цы похоронили послѣ боя всѣхъ, кромѣ казаковъ. Тѣлабѣдныхъ станич- никовъ, раздѣтыхъ до гола, остались лежать на мѣстѣ, гдѣ ихъ застала смерть. „Казаковъ—пусть пожираютъ ихъ вороны“ . Этими словами про- водили наши враги честныхъ слугъ, отдавшихъ жизнь за родину,.. Эти слова были сказаны громко при многихъ мѣстныхъ жителяхъ на похоро- нахъ прочихъ убитыхъ и съ негодованіемъ повторены нашимъ офицерамъ, пріѣзжавшимъ на другой день въ оставленное нѣмцами поле брани. Даль- ше этого въ варварствѣ идти некуда.... Не для національнаго самопревозношенія, а во имя „мира всего міра“ сопоставимъ нѣмецкія звѣрства съ русской солдатской гуманностью къ тѣмъ же нѣмцамъ въ настоящую войну. Корреспондентъ „Рѣчи“ переда- етъ такія сценки, ярко рисующія отношенія нашихъ солдатъ къ врагу. „Мы подъѣзжали къ станціи Жосли. У оконъ показались лица солдатъ, а черезъ минуту весь вагонъ уже полонъ былъ бородатыми, волосатыми сол- датиками. Наперерывъ, толкая другъ друга, они старались поближе про- браться къ нѣмцу и съ нескрываемымъ любопытствомъ осматривали его, трогали сапоги, пробовали на ощупь тужурку плѣннаго и удивлялись до- б р о т н о с т и м а т е р і а л а . __ Эй, дядя,— обратился одинъ къ плѣнному,— возьмика въ путь-до- рогу, тебѣ поигодится,— и подалъ черезъ головы стоявшихъ впереди вязку по стныхъ бар ан ок ъ. __Бери, солдатъ и отъ меня, сказалъ маленькій солдатикъ съ ры- жимъ веснущатымъ лицомъ и началъ опоражнивать свои беьдонные кар- маны, полные яблокъ. И обратясь къ товарищамъ, какъ бы желая оправ- дать свой поступокъ, добавилъ: „Хоть и нѣмецъ, а вѣдь гоже з а свое отечество сражается". И о т ъ м е н я , и о т ъ м е н я , — раздал ис ь в д р у г ъ го лос а, и деся тки протянулись къ плѣнному врагу, кто съ булкой, кто съ папиросой, кто съ яблокомъ. Солдаты медленно расходились. У выхода останавливались, чтобы еще разъ взглянуть на нѣмца и неохотно уходили. Одинъ изъ нихъ, высокій рябой мужикъ, съ большой бородой и свѣтлыми глазами, замѣш- кался около плѣннаго. Вынувъ и зъ -з а косоворотки мѣшочекъ, привязан- ной тесемкой, онъ высыпалъ содержимое на ладонь и, найдя среди мѣди и мелкаго серебра рубль, торопливо и неуклюже, какъ-бы боясь, что уви- пятъ. всѵнѵлъ его въ руку нѣмцу.