На кухне под столом у нас давно стояла большущая коробка с сыпучими продуктами. Теперь, когда дефицит остался в прошлом, коробка опустела. Я убрала её изпод стола. В ту же минуту освободившееся место занял Шарп. С тех пор так и повелось: мы садились за стол, а пёс незаметно устраивался на подстилке под столом. Еду он не клянчил, тихо лежал, слушал наши разговоры. Нам, людям городским, неспокойно в тишине, всегда включены телевизор или радио, на которые можно не отвлекаться. Однажды сидели, ели, по радио что-то говорили. Слух зацепило слово «шарпей», мы прислушались. Рассказывали что-то о китайской культурной революции, во время которой практически всех шарпеев съели. Это мы знали. А где наша собака? Заглянули под стол, а там Шарп прижался к стене и испуганно смотрит на нас, не отзывается. Я повернулась к мужу, указывая глазами на пса: — Витя, он всё понимает? Потом снова опустила голову под стол и как можно проникновеннее произнесла: — Шарпенька, тебя никто не съест. Ты — самая лучшая собака. Вылезай. Часто во время прогулок с Шарпом вдоль Яузы, к нам присоединялась «коллега» Серафима, ведущая на поводке американского стаффордширского терьера, девочку. Мы с ней «дружили собаками». Наши питомцы спокойно гуляли, вернее, двигались в указанном Шар20
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4