вый яркий галстук, понял, что борода его длинновата, стал её укорачивать и увлёкся. Красивые, нарядные, в приподнятом настроении, пришли они к столу и… остолбенели: в тарелках с колбасой и бужениной — проплешины, куски сёмги, бережно уложенные — обкусаны и разбросаны, салатница с оливье наполовину опустошена и перевёрнута. И самый главный сюрприз — на столе, свернувшись калачиком, сладко спит Кеша! — Ты что-о? Забыл про котёнка? — взорвалась Ира. — И как теперь встречать Новый год без главного блюда страны? — Не переживай, любимая, — целуя её, успокаивал муж. — Ты сегодня неотразимая красавица! Под водочку всё съедим… Зато наш драгоценный Кешенька встретил праздник, как человек! Когда котёнок вырос, стал очень похож на мать — такой же красавец, отличить невозможно. Ира путала их, только муж всегда безошибочно определял, кто есть кто. Местные кошки были от него без ума — по весне каждый вечер раздавались любовные призывы сидящих на заборе подружек. Кеша выходил, начинались игры, догонялки, любовные интрижки. Сестра не сомневалась, что все котята в округе — его дети. Ел Кеша еду, состоящую исключительно из трёх блюд, например, молоко, сухой корм и паштет. Если подали только две мисочки — это непорядок, будет кричать страшным голосом, пока не поставят третье блюдо. 162
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4