уколы мне делать не стали, так как пёс был домашний, породистый, не бешеный, не агрессивный, но просто очень сильный. «Радость не сдержал», — согласно вздохнула я. Веко мне зашили. Врач посетовал, что у него не очень хорошо получилось. Я стала допытываться, не пострадало ли зрение. Он заверил, что всё в порядке. Для меня это было самое главное. Повеселела. В голове зароились шутливые мысли — моя верная антистрессовая реакция. Посмотрела на себя в зеркало и поскорее надела солнечные очки. Ещё утром, выходя за калитку своего дома, разве я знала, что буду ехать обратно в электричке и прятать глаза? Выглядела я весьма интригующе, как свежеподравшаяся разбойная баба — с зашитым веком и отёком на половину лица. Вокруг глаза разливался огромный синяк. А мне предстоял долгий путь домой! В электричке рядом со мной никто не садился. Ненадолго подсаживались маргинального вида мужики, предлагали познакомиться, звали опохмелиться. Одному особо настырному пришлось сказать, что я замужем. «Еще бы, конечно…», — сочувственно вздохнул мужик. Я выпрямляла спину, отворачивалась к окну, не реагируя. Про себя улыбалась — не ожидала такого женского успеха в таких обстоятельствах. Передо мной открывалась новая сторона жизни, о существовании которой я даже не подозревала. 8
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4