А в девяностые, когда люди пытались зарабатывать любыми способами, по московским дворам водили лошадей, на которых катали детей. Однажды Павел увидел такую лошадь из окна. На удивление всей семьи он пулей вылетел во двор, проговорив что-то типа: «Я должен проехать на этой лошади». И он, взрослый мужчина под пятьдесят, в джинсах и футболке, ездил по московскому двору на серой в яблоках лошади и улыбался, как ребёнок. Для меня муж моей старшей сестры Павел стал старшим братом. Все мои пятёрки за школьные домашние задания по английскому — его заслуга. С моим мужем Сергеем они стали лучшими друзьями, у них были общие темы для долгих разговоров и общие увлечения: рыбалка и сбор грибов. В этих делах Павлу не было равных. Наша с сестрой мама была и для Павла не тёщей, а мамой. Она во всём по-матерински заботилась о Павле, тихо объясняя: «Он же — сирота». А что такое быть сиротой, наша мама знала по себе. Они с сестрой тоже выросли без родителей, правда, не в детском доме, а в семьях родственников. Особенно маму и Павла объединяла любовь к приёму гостей. Они оба в детстве были лишены этого счастья — принимать гостей в своём доме. Как же Павел любил собирать всех близких! Все закупки продуктов были на Павлуше. А уж приготовлением угощения занималась мама. Застолья были очень весёлыми, обязательно с песнями. 86
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4