вреженные мины. Кто на этот раз? Глаза искали любимую. Нет её на дороге. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. А невдалеке оседала земля, и на поломанной берёзке качался такой знакомый красный бантик с частью косички… Не хотелось верить. Может, ранена? Но инструктор покачал головой: плохая мина оказалась, после такой не выживают… Долго стояли вокруг него друзья, молчали, да и что тут скажешь, надо работать дальше, надо жить. А он, как окаменевший, сидел на обезвреженных минах и качал седой головой. Русые его волосы побелели. Старик смахивает набежавшую слезу. Не забывается боль этой потери. Говорят, время лечит. Да не лечит оно, только учит жить с этим… Дрожащей рукой вынимает из кармана папиросы, щелчком выбивает одну из пачки, чиркает спичкой. Затягивается дымом. Вот и отпустило немного… С тех пор ещё сильнее стал он мечтать о фронте. Долго уговаривал мать. Она не хотела отпускать, страшно было и за него, и за себя с малышом. Как-никак опора, мужчина в доме. Но поняла, уступила. По годам он не подходил для службы, пришлось уговаривать в сельсовете приписать ему год. А когда проходил мимо деревни полковой обоз, попросила взять её мальчика на фронт. Так он стал сыном полка. Управлялся и с готовкой, и с швейным делом, и с документами. Помогал полку, как мог. День Победы его мотострелковый полк встретил в Румынии. Ему исполнилось восемнадцать лет, и он 223 ОПАЛЁННЫЕ ВОЙНОЙ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4