рела на малышку — та сладко спала, засунув в рот кулачок. Выглянула в окно — где-то там, внизу, во дворе, гонял мяч её средний сын Вовка. Он был большой проказник: то девчонок дёргал за косички, то, стащив карточки, получил муки на неделю вперёд, замесил тесто, слепил пирожки и поставил их в духовку, а сам в футбол пошёл играть и чуть не запалил весь дом. То решил сделать бомбу, чтобы «на немцев сбросить и сразу всех уничтожить», достал где-то серу и во дворе с ребятами начал поджигать, за что и попал в милицию — их за этим занятием поймал за ухо дворник… Ей было трудно одной. Муж всегда принимал участие «в борьбе за образцовую семью», отдавая детям много времени и любви. Теперь война. Бориса почти год нет рядом. Нужно выходить на работу, а детские сады и ясли не работают. На деньги, получаемые по аттестату, нечего купить, а продуктов, полагающихся на иждивенческие карточки, вечно не хватает. С Борисом она никогда не задумывалась над такими проблемами: муж не только обеспечивал семью, но и детей приучал заботиться о матери — отправлял старшего сына Рома по магазинам, когда сам не успевал: «Девочки не должны носить тяжести!» Ром — Революция Октябрьская Мировая — так когда-то они решили с Борисом выразить свою преданность идеалам революции. Старший сейчас на курсах подготовки от военкомата, на казарменном положении, 113 ОПАЛЁННЫЕ ВОЙНОЙ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4