и относились к учёбе с максимальной серьёзностью. Примерно половина учеников в классе уже имела погибших в семье, у второй половины воевал кто-то из близких. Изредка они приносили письма с фронта, их читали прямо на уроке всем классом, девочки плакали — ведь никто не знал, вернётся ли живым домой автор письма. До конца войны было ещё, ой, как далеко — все понимали это! В начале сорок третьего их принимали в комсомол в присутствии фронтовиков, комиссованных после ранения. Некоторые девочки прослезились после выступления ветеранов, а мальчишки стояли молча, не по возрасту серьёзные и торжественные. Нина была отличницей, мечтала учиться дальше, но, понимая, что без её заработка семья не сможет нормально существовать, решила отложить обучение до конца войны. Она стала думать над тем, где она могла бы поработать ещё, кроме Кабельного завода. С этой мыслью она шла однажды на работу и лицом к лицу столкнулась с бывшей своей одноклассницей Аней Охотиной. — Нина! Здравствуй! — воскликнула та, потирая ушибленный лоб. — Ой! Анечка, прости! Иду, и никого не замечаю! — они обнялись. — Да, ничего! Как ты? Где? Учишься? — Да, заканчиваю восьмой класс нашей школы, и работаю на Кабельном заводе. А ты? 106
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4