по душам и всегда помогать разбираться в домашних заданиях». С чувством выполненного долга я возвращалась домой и думала, что теперь я, наверное, заслужила красный пионерский галстук. Несколько лет спустя, уже где-то в девятом классе, мой близкий друг Сергей (тот самый двоечник) со смехом рассказывал об этом дне: — Я поднимаюсь по лестнице в квартиру и со страхом думаю о том, что мне сейчас влетит по самое не балуйся, открываю дверь и вижу, как родители смеются до слёз и, реально держась за животы, повторяют: — От горшка два вершка, а — командир звёздочки! — А наш… позорит звёздочку! Позорит и позорит! Вот умора! — А наказывать нельзя — «НЕПЕДАГОГИЧНО!» — «Вы лучше с ним поговорите по душам!» — Ха-ха-ха-ха…. Вам смешно? А одноклассники мои до сих пор называют меня «командиром звёздочки», когда я, по их мнению, слишком важничаю. Клавдии Кузьминичне было пятьдесят три года, когда мы пришли к ней в первый класс, и ей пришлось нас оставить после второго класса. Такие были времена: нельзя было не уйти на пенсию в пятьдесят пять лет без особой причины. С тех пор, как она ушла, в нашем классе не было постоянного классного руководителя до самого окончания школы: никого мы не могли допустить на это достойное 71 ЛЮДИ И СУДЬБЫ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4