и литературе, научила нас любить труд, не сдаваться перед трудностями. А большинство домашней работы было на папе, и нас он приучал с детства быть хозяюшками. В армии ему часто приходилось заменять поваров, там он научился кашеварить. Никогда не забуду, какой он готовил шикарный борщ. Его флотские макароны были просто потрясающими. Удавались папе и плов, и гуляш. Ему не составляло труда на завтрак нажарить сковородищу картошки на сале. Частенько он баловал нас омлетом по собственному рецепту, с сахаром. Умел папа готовить различные кексы, бисквиты, пирожки: накрутит что-то в кастрюльке, поставит в духовку и получается в итоге «Папник», так мы называли его пирог. И, конечно, он обучал нас с сестрой. Мы были поварятами: крошили капусту, морковь, чистили картошку и лук. И смотрели, учились. Папа был жаворонок. Вставал в четыре утра, до рассвета. Говорил, что это привычка с фронта: на фронте в утренние часы немцы прилетали наши позиции бомбить. «Кто пораньше встаёт, тому бог даёт», — эта поговорка была его любимой. Часто он читал книгу, сидя на кухне, покуривая «Беломор-канал» — все, вернувшиеся с фронта, тогда курили. А папа войну прошёл с пятнадцати лет, был сыном полка, а потом служил с 1945 до 1953 года. Мы этим очень гордились. Ведь он за Родину нашу воевал, хоть и был ещё мальчиком. Стирка тоже была на папе и на нас. Её он называл постирушкой и затевал с вечера. На ночь укладывал бе173 ЛЮДИ И СУДЬБЫ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4