150 Бытовые условия жизни горожан из Варшавского округа — Седлецкая мужская и Петроковская женская. Они расположились во Владимирских мужской и женской гимназиях. Учащимся пришлось заниматься в две смены. При стечении большого количества беженцев появились болезни. Тяжело больных госпитализировали в губернской больнице, отказывая при этом в лечении местным жителям. Стало сказываться и общее положение в стране из-за неумения правительства справляться с нараставшими трудностями. Уровень жизни горожан неизбежно снижался. Постепенно стал сказываться недостаток продовольствия, росли цены на продукты. Наблюдалось новое явление: появились так называемые «хвосты»: очереди. Сначала это были «сахарные хвосты», потом появились «хвосты» керосиновые, «хвосты» за маслом, за спичками, «хвосты» у булочных за хлебом. Некоторые булочные закрывались из-за отсутствия муки. Появился некачественный хлеб, выпекавшийся из лежалой муки. Однако положение во Владимире, видимо, было не столь тяжёлым, как в столицах. Корреспондент газеты «Старый владимирец» писал: «Москвичи Владимир считают настолько сытым, что не проходит дня, чтобы оттуда не было покупателей». Через несколько месяцев после начала войны в город начали прибывать эшелоны с ранеными: извещение о прибытии первых раненых поступило в 2 часа дня 24 августа. Нужно было с поезда отправлять их в госпитали. Принимать раненых помогали многие владимирцы, в том числе учащиеся гимназии. Специальных транспортных средств, особенно необходимых для тяжело раненых, не существовало. Гимназисты организовывались в группы и переносили раненых с вокзала на носилках в губернскую больницу. При этом приходилось принимать не только раненых соотечественников, но и военнопленных. В это время заканчивалось строительство больницы Красного Креста. Возведённое вчерне здание больницы было сразу же приспособлено под госпиталь на 50 коек. Ещё до официального открытия и освящения больницы все 50 коек были заняты ранеными. Во Владимире было открыто несколько госпиталей, которые размещались и в частных домах, и в различных учреждениях и учебных заведениях, в том числе в здании Владимирской духовной семинарии. Ещё в августе 1914 года было объявлено о наборе на годичные курсы подготовки запасных сестёр милосердия для военного времени. Курсы открылись 5 сентября, на них было принято 44 человека. Принимали пожертвования на содержание именных коек для раненых из расчёта 50 рублей в месяц. В жизнь владимирцев вошло ещё одно сопровождавшее войну явление: похороны умерших в госпиталях раненых. Хоронили и на воинском кладбище, и на городском. Первые похороны состоялись 29 августа 1914 года на городском Князь-Владимирском кладбище. Хоронили рядового Прокопия Тамбовца, умершего от ран в губернской больнице. Отдать последнюю дань погибшему воину собралось множество горожан. Было много цветов, венок с надписью «Павшему за родину». Известия о похоронах, списки погибших на фронтах земляках постоянно печатались в местных газетах. В те годы в газетах, в том числе и во владимирских, обсуждались вопросы о том, как увековечивать память погибших за родину. Предлагалось в церкви на воинском кладбище соорудить доску с именами павших на полях сражений. Другие считали, что такая доска должна висеть в Успенском соборе. Правление Владимирской духовной семинарии решило издать памятную книгу о своих выпускниках, участниках войны. Был создан редакционный совет во главе с Н. В. Малицким. Драматичные события последующих лет не дали возможности осуществить задуманное. Владимирцы стали свидетелями и участниками революционных событий 1917 года, Гражданской войны, когда бытовые условия их жизни постоянно ухудшались.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4