423 и свидетельствовал, что, «по первому скромному объявлению» в «Московских Ведомостях» об открытии галереи для публики, «толпы хлынули, несмотря на жестокий мороз 8 января, в новый, отлично устроенный дом на Садово-Кудринской улице, 15. Дворяне, купцы, духовные и даже двое крестьян ходили по великолепным залам и любовались изящными произведениями искусства». «Для художников, – писал Погодин, – галерея открыта ежедневно, для публики – по воскресеньям, от 12 до 4 часов. Честь и слава владетелю сокровищ, предлагающему их с таким радушием для общественного наслаждения, поучения и употребления... Дом-музей гостеприимно был открыт для всех желающих – никаких ограничений для посетителей. Пользовался совершенно исключительным успехом». В мае 1850 года Ростопчины устроили выставку Федотова Павла Андреевича. Здесь экспонировались – «Сватовство майора», «Разборчивая невеста», «Завтрак аристократа» и др. Тогда же был написан Федотовым и портрет Ростопчиной. Их дочь, Лидия Ростопчина, впоследствии вспоминала, что «дом был частью перестроен и обращён в настоящий дворец, где картинная галерея и библиотека занимали верхний этаж. Двойная мраморная лестница освещалась окнами из небольшой залы, где стояла красивая статуя в натуральную величину "Девушка, удящая рыбу" Сципиона Фадолини младшего. Налево находилась библиотека, громадная комната, занимавшая всю глубину дома, где тысячи томов наполняли шкафы... На трёх гигантских столах были разложены стопками альбомы и коллекции гравюр... На камине белого мрамора – зеркало, соответствовавшее по размерам величине комнаты, было окружено рамой удивительной резной работы, чудесным произведением Брустолони в Венеции. На стенах висели портреты фламандской школы, масляными красками, во весь рост изображающие Анну Австрийскую и Марию Медичи; затем четыре полотна французской школы: М-ль де ля Вальер, Генриетта Английская и две дамы, фигурирующие в балете, называемом "Времена года" и т. п.» Николай Берг вспоминал о доме на Садовой улице: «... дом обширный, поместительный, но всего в два этажа. Графиня поселилась внизу, отделав по своему вкусу анфиладу из пяти-шести комнат, где расставлена была, по ея же вкус у, старая петербургская её мебель: изящные диваны, кушетки, кресла… Маленькие шкапчики, столики, шифоньерки, полки и полочки, с дорогим старинным фарфором… Весьма ценная рояль, на которой в Петербурге игрывали знаменитые виртуозы Европы, помещалась в одной из комнат, ближайших к выходу...» Средства Ростопчиных в то время были ещё в надлежащем порядке. Но позже Андрей Фёдорович Ростопчин наделал много серьёзных долгов. В итоге Ростопчину за долги пришлось распродать не только дома и имения, но и свою коллекцию картин и библиотеку, а также знаменитый ростопчинский конный завод. Галерея была по частям распродана и таким образом разошлась по разным рукам и собраниям. ( словарь А. А. Половцова, Т. 17, статья Б. Модзалевского – см. № 179).
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4