137 он живописец, музыкант,сделался философом и почти с ума сошёл, весь поседел и проигрался до рубашки, имеет около 60 лет. Фамилия в отчаянии; но она говорит, что ничто на свете не переменит ея намерения. Мудрено сказать, чем сие кончится, но добром кончиться не может»(396). Через месяц 22 января: «Княжна Наталья Гагарина ушла с Тончием из Москвы; но говорят, что не удалось им нигде ещё обвенчаться»(397). А 10 марта 1806 года Жихарев встречает Тончи в доме тестя И. С. Гагарина (398). Значит, венчание произошло в этом промежутке времени: с 22 января по 10 марта 1806 года. «Сбежать с любимым» не было редкостью в то время. В своих письмах к сыну Я. Булгаков только за 1805 год приводит два примера, то бегство с французским учителем, то молодой офицер тайком увозит дворянскую дочь (399). В 1838 году ссыльный Александр Герцен венчался в городе Владимире с тайно увезённой из Москвы невестой Натальей Захарьиной. Влюблённая княжна Наталья настояла на браке. Венчание состоялось. Отец быстро простил свою дочь и принял её обратно в семью. Наталья рассказывает Александру Булгакову, что «Отец давно простил; дает ей по 3000 рублей за год…»(400). Сумма была не огромной, но достаточной – Университетские профессора получали в 1806 году две тысячи рублей в год. На эти деньги можно было прокормить три с половиной большие мелко-поместные дворянские семьи, а 8 мужчин призывного возраста сумели бы откупиться от солдатчины и избежать 25-летней службы. Пересуды поутихли, но не сразу. Подробности романа Натальи и Николая Ивановича с юмором описаны «язвительной» англичанкой Кэтрин Вильмот в письме сестре Алисии 18 февраля 1806 года: «Просвещению здесь уделяется такое ничтожное внимание, что несколько тривиальных софизмов воспринимаются как чёрная магия. 60-летний синьор Тончи вскружил голову 29-летней княжне Гагариной, рекомендуясь как атеист и приверженец системы теней Беркли (401). Он единодушно был признан вдохновенным гением: перед синьором Тончи распахивались двери всех дворцов. Я однажды видела его, он произвёл на меня впечатление жулика и шарлатана. Через некоторое время он пошёл к московскому архиепископу за разрешением жениться. На вопрос, какую религию он исповедует, синьор Тончи засмеялся и ответил: "Любую или никакую!" Это вызвало всеобщий ропот. Тем не менее, на следующий день он сказался православной веры и согласно этому женился. Об этом мне с омерзением сообщили четыре толстых князя. Происшедшее событие обсуждалось в течение девяти дней…»(402).
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4