10 картошку, на стройку, на субботник, относились к этому чаще, как к неприятной неизбежности, но целина! - это звучало по другому! Многие из нас искренне завидовали тем, кто двумя годами раньше отправлялся поднимать целину, и вот вдруг такая возможность - прикоснуться к настоящему делу! Не было мыслей о том, интересна ли и по силам ли будет работа, не было особых надежд на какие-то заработки. Привлекала романтика дороги, большого (гак думалось) дела. Помню, как обсуждали всей группой, - ехать ли? - сидя на краю всё того же котлована. Многие подходили ко мне, спрашивали: “Едешь?” Я отвечала твёрдо, внутренне ликуя: “Еду!” Смелее принимали решение ехать на целину те из нас, у кого родителей не было рядом. Я была уверена, что мои родители, поставленные перед фактом принятого мной решения, не будут возражать. Горьковчанам было хуже. После домашнего совета некоторым приходилось отказываться от поездки: боялись многие родители отпускать 18- летних детей в неведомое. Как я и предполагала, дома всё обошлось: мама поахала, но с оглядкой на отца, который считал меня вправе принимать самостоятельные решения. При отъезде из Владимира произошёл случай, который мы не можем без смеха вспоминать до сих пор. Провожать меня на горьковский автобус с чемоданом и сумками собралась довольно внушительная компания: родители, тётя, сестрёнка, учительница. Эта группа, в центре которой стояла я - девочка с
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4