106 - сотни статей в местной и центральной печати, 6 книг (“Отцовское поле”, “Все краски Сибири”, “Кодекс делового человека”, “Встречи через годы”, “Угол атаки”, “Болевой порог”); 4 пьесы, одна из которых была опубликована в журнале “Сибирские огни”, по другой поставлен спектакль на Всесоюзном радио, а третья получила премию министерства культуры СССР. За цикл статей - премия и звание лауреата Союза журналистов СССР, за две книги - премия ЦК ВЛКСМ. Звание заслуженный работник культуры РСФСР - это уж награда местного значения. Орденов нет, только медали, за что-то даже серебряная медаль ВДНХ, и членский билет Союза писателей России. Начиная с августа 1991 года, вхожу в состав редколлегии народнопатриотической газеты “Омское время” и сотрудничаю с ней, работая над очередной книгой, разоблачающей как кремлёвскую, так и местную власть. Я всю жизнь воевала с ТОЙ властью, считая её грешной, но в сравнении с ЭТОЙ, вызывающе неприличной, та представляется мне полным собранием ангелов. Словом, стараюсь отвечать предназначению русского интеллигента - быть вместе с народом и “для власти, для ливреи не гнуть ни помыслов, ни шеи”, как советовал А. С. Пушкин. Из богатств - двое детей - сын и дочь, внук Родион и внучки Арина и Настёна, да дом в деревне, окружённый роскошными сосновыми борами, куда я исчезаю на всё лето, прихватив внуков и машинку. Но, как правило, бывает не до неё, поскольку грибы да ягоды, шастанье по этим борам и купанья в знаменитом Даниловом озере, что в километре от моей Курганки. Приглашаю всех, кто хочет повидать Сибирь, понырять в том озере, набираясь здоровья. Что пожелать нашим потомкам? А такого же светлого братства, какое было у нас благодаря поездкам на целину. Было и есть, хотя у меня, сибирского осколка, никого нет поблизости из нашего содружества. Только и радости, что иногда удавалось прилететь в Горький. Последний раз это было несколько лет назад, когда с бригадой писателей мы провели там несколько дней в бесконечных встречах с общественностью, читая стихи, произнося монологи, совершая всё, что бывает на таких встречах писателей с читателями. На третий день мой гостиничный номер был уставлен всевозможными букетами - читательскими дарами. Но самым бесценным даром было явление едва ли не всей нижегородской “чёртовой дюжины”. Ввалились с огромной кастрюлей блинчиков, приготовленных Ксаной, с “сухачом”, с подначками и шутками. Ощущение было - не передать. Как будто мы опять сидим на диком ковыле под распахнутым небом, а не в гостиничном номере среди напыщенных роз. Вот сейчас вспомнила
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4